25 февраля 2011, Мария БЕЗРУК

Профессия голых королей

Сценарист Александр Миндадзе на протяжении многих лет проработал в тандеме с режиссером Вадимом Абдрашитовым. Их «Плюмбум», «Охота на лис», «Остановился поезд» стали классикой отечественного кино. Несколько лет назад Александр Анатольевич дебютировал

– Александр Анатольевич, отличительной чертой вашего стиля является художественный катарсис. Почему для нынешнего кинематографа это большая редкость?

– Катарсис – больная тема сегодняшнего кино. Для меня это вопрос номер раз. Я не говорю о том, что хорошо, а что плохо. Но я думаю, может быть, потребности зрителя в катарсисе исчезли? Умом понимаю, что нет, но при этом вижу ряд фильмов, сделанных по совершенно другим канонам. Скажем, фильм «Волчок», на мой взгляд, принципиально не катарсический, скорее, наоборот, жуткий, не вызывающий никакой надежды, тем более очищения.

– Для меня Миндадзе – это всегда исповедь. Поражаюсь, как вы не боитесь быть стопроцентно откровенным. В этом сказывается ваш характер?

Профессия голых королей.JPG– По-другому не умею. Я не пишу головой. Очень тяжело вхожу в процесс написания истории, и внутренний путь от идеи до истории – довольно мучителен. Каждый раз я пишу, как в первый раз. У меня нет наработанных приемов. Разве что пользуюсь так называемой задержанной экспозицией. Но, так или иначе, пишу интуитивно, не придерживаясь схем. Работая много лет, я все больше убеждаюсь – драматургии научиться нельзя. Скажем, есть такой стереотип: должно быть две кульминации. Почему две? Почему не может быть одной кульминации, растянутой во все действие? Беда в том, что сегодня способных людей во ВГИКе развращают. Поэтому и нет ничего. Когда я учился, нам говорили: исповеди надо писать, исповеди. И нищие люди сидели и писали исповеди. И одна из 15 оказывалась интересной. Сейчас же человек с первых минут в профессии озабочен конечным результатом. Разумеется, в наше время нельзя жить без денег. В те времена, когда я учился, быть знаменитым было некрасиво, и деньги не были проблемой. Я никогда не работал ради денег. Когда их не было, мог зайти к своему соседу Валере Приемыхову и одолжить у него пару десяток, а потом он у меня. Теперь же все иначе. Несомненно, мы жили в извращенной реальности, когда надо было голодать и при этом писать что-то необыкновенное. Но, как ни странно, это извращение давало плоды...

Ваш фирменный стиль заключается в том, что вы берете предложение, оставляете от него треть, а остальное убираете. Но это ровно та треть, которой мне достаточно, чтобы понять, о чем идет речь. И картина становится моей. Этакая драматургическая ловушка.

– Уверяю вас, это происходит интуитивно. По-другому уже не могу, к сожалению. На самом деле, это проклятье. Впервые я понял это на «Магнитных бурях». Помню, как половина моих друзей, с кем я привык водку пить и быть в подполье, вдруг уловили этот языковой ритм. Одна критикесса сказала мне: «У тебя все ритмизировано!» А продюсеры, читающие сценарии, не воспринимают этот язык. Когда я написал сценарий «В субботу», Боря Хлебников посоветовал: «Александр Анатольевич, перепишите все на американский манер – объект, кто что сказал». С «Отрывом» у меня тоже были большие проблемы. Многие не поняли картину. А как я попался на звуке с «Отрывом»? Мне не нужен был модный звукодизайнер, который делает так, что кряканье уток равно реплике героя, мне не нужно было кряканье в ущерб репликам.

Почему для вас было принципиально снимать «Отрыв» самому?

– В «Отрыве» я дошел до предела радикальности в отношении тех вещей, которые вы хорошо понимаете. Вообще проблема интерпретации очень существенна. Плохо, когда человек обременен амбициями и не прислушивается к пожеланиям сценариста. С другой стороны, очень сложно взять чужое и снять, как свое. Режиссер снимает формально, если не поймет мотивации сценариста. Проблема интерпретации была, есть и будет всегда. Поэтому «Отрыв» мне принципиально важно было снять самому, чтобы сказать ровно то, что я хотел сказать. Так же, как и в «Субботе». Картина сложная, тяжелая. История писалась по документам, поэтому нужно было точно расставить акценты. Ведь это история не про смерть, а про жизнь.

– Ваш «Плюмбум» в свое время весьма успешно прокатывался в кинотеатрах, он формировал сознание интеллигенции в тот момент.

– В 1985 году мы с колоссальным трудом запускались с Вадимом Абдрашитовым. Вообще это занятная история. Я всегда «косил под тему». Была такая форма разговора с начальством. Например, запускали «Охоту на лис». Пришли в Госкино и говорим: «Хотим сделать фильм о рабочем человеке. Он работает на производстве, а в свободное время занимается охотой на лис и становится наставником молодого человека. Это картина о наставничестве». И чиновники были благодарны нам за этот разговор, хотя отлично понимали: фильм будет совсем не о наставничестве. Среди них хватало порядочных людей, которые ночью пили водку и не хотели быть негодяями. Они так же понимали, что мы понимаем, и наоборот. И это был замечательный сговор. А «Плюмбум» мы протащили следующим образом: «Молодой человек борется с недостатками общества, искренне, от души. Пытается делать жизнь лучше. В каком-то смысле он наследник Павлика Морозова». Эти разговоры происходили в 1985 году. А в 1986-м мы сдавали картину уже при другой власти, в другую эпоху. Но поскольку схемы были советские, то фильм пошел в широкий прокат. 

– Сегодня режиссерам постоянно задают вопрос: а что вы хотели сказать? Почему авторское кино стало таким невнятным?

– Сценариев нет. Для того чтобы подпрыгивать к потолку, нужно отталкиваться от каменного пола. В основе хорошего фильма должна быть драматургия, а у нас этого нет. Все пишут сериалы, в большом кино работать некому. Как повернется язык сказать молодому человеку: «И тебе не стыдно тратить себя на поток, занимайся искусством, пиши в стол». Посмотрите на лица сегодняшних продюсеров. Им гораздо труднее угодить, чем советским чиновникам. Что может заставить их разжать кулак с бабками?..

– А как было в советское время?

– Гораздо справедливее. Во-первых, ты заканчивал сценарный факультет, и у тебя было два запрета: не нести антисоветчину и обходиться без обнаженного женского тела. Была сценарная студия, куда тебя прикрепляли на 2 года после окончания ВГИКа и где ты получал зарплату. Количество мест для заключения договоров было огромное. На одном только «Мосфильме» – 6 творческих объединений. А еще студия имени Горького, «Ленфильм», Одесская киностудия, не говоря о среднеазиатских студиях. Возможностей для начинающего сценариста была масса. Помню, когда сценарий «Парада планет» принесли на утверждение, один чиновник спросил: «Слушай, а чего они у тебя там все ходят, ходят, хоть бы рыбу ловили. Может, они будут рыбаки?» Я говорю: «Да, очень хорошо, Николай Трофимыч, спасибо за подсказку. Конечно, рыбаки». И сценарий был подписан. А сейчас – какие рыбаки?! Не нравится – и все!

– Но ведь ваша дочь, Катя Шагалова, пошла по вашим стопам?

– Она так обленилась, что стала режиссером, поскольку писать сценарии гораздо труднее, чем снимать фильмы. Для меня процесс написания – адова работа по сравнению со съемками. Нет никаких идей, месяцами мучаешься, ты один, тебе не с кем слова сказать. А режиссер – это профессия голых королей. Конечно, есть режиссеры с собственным почерком, проецирующие на экран свою личность, но их – единицы. Сегодня важно, чтобы ты не мудрил и угождал видению продюсеров. Только говори оператору: «Камеру сюда, потом сюда и сними общий план». Продюсеры не любят сложностей во время съемок. Меж тем как в советское время твой сценарий подписывало очень много инстанций. Но после того как его утверждал директор главка, не возникало никаких сложностей ни с финансированием, ни с производством. И когда мне сегодня говорят про цензуру советского времени, я отвечаю: вы не знаете, что такое цензура продюсеров.

 

Источник: Газета "Трибуна" №7 от 25 февраля 2011

Политика Посольство России обвинило США в обострении ситуации в Персидском заливе Посольство России обвинило США в обострении ситуации в Персидском заливе

Давление, оказываемое США и Великобританией на Иран путем создания коалиции по защите свободы мореплавания способствует лишь обострению ситуации в Персидском заливе. Вместо этого необходима инклюзивная система региональной безопасности, заявили в посольстве РФ в Великобритании.

В мире Глава МИД Польши предложил способ военного сдерживания России Глава МИД Польши предложил способ военного сдерживания России

Размещение американских войск в Польше будет сильнее "сдерживать Россию", чем если их отправить в Западную Европу, заявил глава МИД Польши Яцек Чапутович. Его слова цитирует телекомпания Polsat.

Экономика Россия сократила вложения в госдолг США на миллиард долларов Россия сократила вложения в госдолг США на миллиард долларов

В июне Россия вложила в американские облигации 10,8 миллиарда долларов, продолжая тенденцию сокращения, следует из данных Министерства финансов США.


Общество Профсоюзы России предложили сократить рабочую неделю Профсоюзы России предложили сократить рабочую неделю

Федерация независимых профсоюзов России (ФНПР) направила в Минтруд предложения по переходу на четырехдневную рабочую неделю, сообщается в заявлении департамента общественных связей аппарата ФНПР.

Культура Книга – источник вдохновения для режиссеров и актеров.
Книга – источник вдохновения для режиссеров и актеров.

С 30 августа по 1 сентября в Иркутске будет проходить международный книжный фестиваль "Контуры нового мира" при поддержке Фонда поддержки социальных инноваций.