29 августа 2012, 09:17, Александр СЛАВУЦКИЙ

Олег Попцов: «В списке врагов ГКЧП я стоял третьим»

Читая биографию Олега Попцова, трудно поверить, что столько событий смогло поместиться в жизни одного человека. Знаменитый писатель и журналист, лауреат различных премий, общественный деятель, депутат Верховного Совета, сподвижник Ельцина. Попцо

Олег Попцов: «В списке врагов ГКЧП я стоял третьим»

– Олег Максимович, кажется, у вас было военное детство?

– Да, я принадлежу к тому поколению, у которого война отняла детство. Я помню, как началась война. Мы отдыхали в Колково, вошел отец и сказал, что началась война, и мы немедленно едем в Ленинград. Он погиб в 1941-м при защите города, и мы с сестрой остались с матерью. Мне было тогда 7 лет, сестре 14. Помню, и начало блокады, и как горели Бадаевские склады, на которые диверсанты навели немецкие самолеты, и Ленинград оказался практически полностью без запасов продовольствия.

Самой тяжелой была зима 1941 года. Дневная норма – 125 граммов хлеба, и ты смотришь, как тебе отрезают хлеб, и надеешься, что будет хоть какой-нибудь довесок. Моя мать читала лекции о русских полководцах солдатам, отправляющимся на фронт, и брала меня с собой, мы пешком ходили на Кировский, Адмиралтейский, Балтийский, Путиловский заводы. А на улице 32 градуса мороза, полный цех солдат, мама читает солдатам лекцию о Суворове. Начальник цеха берет меня за руку, подводит к окну, дышит на него и говорит: «Видишь, там огоньки двигаются? Это немцы». А сзади из цехов выходили отремонтированные танки.

– Расскажите о вашей матери.

– Моя мама в то время работала в лекторской группе Ленинградского городского комитета партии. Она по профессии историк, а начинала как актриса. Мать была талантливым человеком. Я не понимаю, как она могла уйти из МХАТа. Бабушка говорила – из-за ревности отца. Родители очень любили друг друга, и мать выбрала семью, поэтому она переехала в Ленинград, экстерном окончила исторический факультет. Но, читая лекции, мама оставалась актрисой. Ее очень характеризует один эпизод. Мы ехали в Кронштадт на лекцию. Наш катер обстрелял «мессер», мама получила скользящее ранение в голову, потеряла очень много крови, но тем не менее с перебинтованной головой поднялась на палубу крейсера и прочитала лекцию. Вот такая энергетика была у нее. И она меня зарядила своей энергией на всю жизнь. Мама очень любила театр, и благодаря ей я вырос, можно считать, в театральной среде. Очень часто мы бывали в Пушкинском театре, она меня проводила за кулисы, я видел, как выпивает Черкасов во время антракта, видел Симонова, других фантастических актеров. С очень многими ленинградскими актерами я дружил. Например, когда в Петербурге была презентация моей книги «Хроника времен царя Бориса», на нее пришло около двадцати актеров. В том числе Басилашвили, Лебедев и другие.

– Прорыв блокады помните?

– Еще до прорыва часть детей решили вывезти из Ленинграда. Буксир тащил две баржи с детьми через Ладогу, в которой еще не до конца растаял лед. Когда мы уже почти подплыли к берегу, нас обстрелял немецкий самолет, и одна баржа загорелась. Лед не давал пристать к берегу, и тогда встречавшие нас матросы прыгнули в ледяную воду и передавали детей с рук на руки на берег. Потом на поезде нас повезли в Кировскую область. Дорога была тоже страшная, кроме товарных вагонов, в которых мы ехали, в составе было несколько платформ с зенитками. Когда объявлялась воздушная тревога, все из вагонов бросались на землю, в канавы, а наши зенитчики открывали огонь и даже подбили несколько самолетов. И так мы доехали до Кемерово, нас разместили в детском доме в селе Красном, где нас настигла вторая трагедия. Случился страшный неурожай: там также не было хлеба, как и в Ленинграде. Помню, как мы собирали осыпавшиеся зерна с земли, сдували с них пыль и жевали. Я не знаю, как мы выжили, выдержав блокаду и второй голод. Но выжили. Снятие блокады – самое сильное впечатление всей моей жизни. Всю Дворцовую площадь заполняли люди в ватниках, телогрейках, поэтому она была серо-зеленого цвета. И когда диктор объявил, что сегодня блокада снята и город Ленинград свободен, никто не кричал «ура», в ответ раздалось хоровое рыдание.

– Случалось ли вам рисковать жизнью во время войны?

– В домах был холод, поэтому мы часто ходили греться в горящие из-за сброшенных бомб дома. И в одном из таких домов я нашел разноцветный снаряд, и мы поставили его в печь и направили в дымоход, думали, что он полетит вверх. Зажгли печь, и оставили открытой дверцу. Раздался взрыв, я упал, потерял сознание. В меня попало 14 осколков. У меня осталось до сих пор два осколка: один в руке, другой в боку, врачи не могли их извлечь, потому что это могло повредить нервную систему, все остальные вынули.

– Как война повлияла на ваш характер?

– С одной стороны, она меня, конечно, закалила, а с другой, породила во мне доброту. Именно через детство я пришел к пониманию того, что человека можно наказать добротой. И поэтому сострадание к людям во мне было всегда. Для меня прийти кому-либо на помощь казалось чем-то само собой разумеющимся. И я помог очень многим людям.

– Скажите, как вы, писатель, оказались в лесном институте?

– Случайно. Я очень любил море и лес. Но море больше, поэтому собирался поступать в мореходку. И вот я отправляюсь в институт сдавать экзамены, прыгаю в трамвай и вскоре понимаю, что еду не в ту сторону, и приехал в Ленинградскую лесотехническую академию. Я подумал, значит, судьба так распорядилась. Учеба в академии стала очень важным моментом в моей биографии. Именно там начал писать и придумал первую сатирическую газету под названием «Сачок».

– Вы были организатором и первым руководителем компании ВГТРК. Это правда, что вы создавали ВГТРК буквально в маленьком кабинете на Пятницкой?

– Я входил в состав комиссии по средствам массовой информации и работал первым замом у Яковлева в «Московских новостях». Помню, у нас были громадные планы, я только приехал из Франции, где создал филиал «Московских новостей», затем должен был отправиться в Германию. Ельцин услышал мои слова, что у Российской Федерации должна быть своя телерадиокомпания, поскольку Гостелерадио тогда находилось в руках Горбачева, пригласил меня к себе и говорит: «Я слышал, что вы считаете, что у России должна быть своя телевизионная компания». И предложил мне ее создать и возглавить. Я начал отказываться. И тут он произнес потрясающую фразу: «Вы что, вообще не хотите нам помочь?». Тогда я говорю: «Борис Николаевич, когда назначали комиссаров, давали браунинг и кожаную тужурку». – «Маузер не обещаю, а о тужурке подумаю». Первым, кому я позвонил, был Анатолий Лысенко, он не раз приглашал меня в программы «Взгляд», «12-й этаж». Я ему звоню: «Ельцин назначил меня председателем Всероссийской телерадиокомпании, я уже и логотип придумал – ВГТРК, предлагаю тебе пойти ко мне генеральным директором». Через час пятнадцать он мне позвонил и сказал, что согласен. С группой сотрудников, которых он привел с собой, мы проводили совещания в небольшом кабинете в здании Гостеларадио на Пятницкой. Причем поначалу работали в условиях полной конспирации, о наших собраниях не должен был знать никто. Поэтому один человек всегда стоял у двери кабинета, и если кто-то приближался, отстукивал определенный ритм, и мы тут же замолкали. Вот так мы разрабатывали концепцию вещания.

– Самыми яркими эпизодами за время вашей работы на ВГТРК были события 1991 и 1993 годов. Какие воспоминания остались от этих горячих дней?

– Первое воспоминание, связанное с 1991 годом, – звонок в шесть утра на дачу, мой друг сообщил, что в Москве переворот. Тут же начали собираться в Москву. В Филях мы встретили колонну танков, направлявшихся в сторону Белого дома, а когда я доехал до своей квартиры на «Белорусской», ситуация стала еще более напряженной. В квартире могла быть засада. Поэтому я сказал жене, чтобы она поднялась одна, и если все в порядке, то поставила бы цветок с правой стороны, а если нет, – с левой. Стою, смотрю на окно, ситуация почти как в «17 мгновений весны». А жена передвигает цветок то направо, то налево, потом открывает окно и кричит: «Все в порядке, поднимайся». Я моментально переоделся и помчался в Белый дом. И провел там трое суток, уходил на полтора часа принять душ, выпить чаю…

– Что запомнилось особо?

– Воспоминания тех дней слились в непрерывную ленту. Вот, например, ночью мы идем по коридору с Ельциным. Слева и справа на мешках и матрасах люди. Я рассказываю ему: «Вот слева спит команда Би-би-си, а вот другая английская студия, там, в отдалении «Голос Америки».

Во время путча я позвонил Толе Лысенко и поручил вынести все оборудование, поскольку опасался, что будет захват компании. Когда после путча в «Аргументах и фактах» был опубликован список людей, которых ГКЧП собирался арестовать, то я находился там тоже.

– В 1993 году было проще или сложнее?

– Есть такая расхожая фраза, что всякое событие сначала происходит как драма, а повторяется как фарс. Тут же все было наоборот. Комедия 1991 года была в том, что ГКЧП не очень представлял себе, как делать переворот, а в 1993 году положение было куда серьезнее. Мы вели эфир из двух студий: с Шаболовки и из нашей резервной студии. Была попытка ворваться на Шаболовку, но их там не пропустили.

– Что вы думаете о нашем сегодняшнем телевидении?

– Как-то в программе Андрея Караулова Сергей Юрский на этот вопрос ответил: «Не мое время. Нет, не мое». Слова Юрского вспоминаю часто и готов произнести вместе с ним. Мне не нравится современное телевидение по многим причинам. Значит ли это, что оно плохое? Нет. Конечно, есть хорошие программы и фильмы, но все-таки сегодня преобладает телевидение с порочной философией и концепцией, это телевидение оболванивания. Сейчас телевидение переживает жесточайший кризис. Это не то телевидение, которое я мечтал создать. Я предупреждал, что с появлением канала «Культура», на других каналах, посвященных культуре, ее практически не останется. Так и произошло. Остался, главным образом, ширпотреб, телевидение для кретинов.

– У вас замечательная супруга, талантливая художница Инна Данилевич. Правда ли, что ваш брак вырос из служебного романа?

– Правда. Инна пришла устраиваться в журнал «Сельская молодежь», главным редактор которой я работал более 20 лет. Я спросил ее, почему она хочет работать у нас, думая, что сейчас она начнет петь дифирамбы в адрес «Сельской молодежи». Инна же ответила, что ищет работу, и ей все равно где работать. Ее ответ меня удивил, и я по-особому на Инну взглянул. А вскоре я понял, какой она интересный и незаурядный человек. Когда мы решили пожениться, Инна была вынуждена уволиться из журнала. Я считаю, что муж и жена не могут работать вместе, она ушла в «Студенческий меридиан» на должность главного художника.

– Как получилось, что обе ваши дочери живут за рубежом?

– У каждой своя история. У старшей – Лены – это сюжет для романа, такая интрига, что можно с ума сойти. Она училась на филфаке и там познакомилась с англичанином, преподававшим язык, Гай Куком. Ленка очень любит театр, это передалось ей от моей мамы, я очень жалею, что не отдал ее в театральный институт, потому что в ней умер блестящий режиссер. В студенческом театре МГУ она поставила спектакль на английском и пригласила Гай Кука в качестве актера. И вдруг звонит мне моя первая жена (мать Лены. – А.С.) и сообщает, что Гай Кук сделал Лене предложение, и спрашивает, как я к этому отношусь. Разумеется, отрицательно, я не хочу, чтобы жизнь моей дочери зависела от отношений Брежнева и Тэтчер. Гай Кук пришел к нам домой и сообщил, что родители разрешат ему жениться, только если отец невесты даст согласие.

Сейчас он нездоров, после неудачной операции на позвоночнике передвигается на коляске. И весь дом на руках у Ленки, она и детей поднимает.

– Сколько у вас внуков?

– Дочь Лены Роксана уже окончила институт в США, а сын Тоби оканчивает школу. Он маленького роста, с комплексом Бонапарта и жутким характером.

А у сына другой дочери – Юли – тоже характер непростой. Хороший парень, у него ясная голова, быстро схватывает, но когда ему становится скучно – начинает хулиганить. Поэтому Юльку постоянно вызывают в школу. Зато ее дочь Наталья чудесная девчонка. Занимается верховой ездой, музыкой, пением, плаванием.

– Как получилось, что вторая дочь тоже оказалась за рубежом?

– Юля тоже окончила филфак. В 90-е годы, когда жилось очень непросто, она создала команду по доставке и продаже цветов из Голландии. Помню, однажды прихожу на базар покупать кому-то цветы, вдруг продавщица спрашивает: «А вы не папа Юли? Очень похожи». Я говорю, что да. Тогда она как закричит своим подопечным: «Смотрите, папа Юли пришел. Сделайте ему скидку 50 процентов». Потом она работала в фирме по продаже итальянской техники. И ее, как самого энергичного сотрудника, направили создавать отделения в Польше, Венгрии, Чехии. Она поехала, а потом решила, что ей нет смысла трудиться на кого-то, и организовала свой бизнес. Так она познакомилась со своим будущим мужем Мареком – поляком, фанатом джаза, блестящим фотографом. Они поженились, сначала занимались ресторанным бизнесом. Основали тибетский ресторан в Варшаве, потом переключились на торговлю чаем. У меня дома только ее чай. Она человек с удивительной аурой, окончила факультет нетрадиционной медицины, открыла свой кабинет.

– Вам 78 лет, однако вы выглядите намного моложе. Как вам удается поддерживать форму, как вы отдыхаете?

– Даже когда я отдыхаю, пишу. Пишу в поезде, пишу в самолете. Каждое утро делаю свою зарядку, у меня был сломан позвоночник, поэтому есть определенные ограничения физической нагрузки. Конечно, я следую советам врачей, веду определенный образ жизни. Но своих 78 не чувствую, по собственному ощущению мне сейчас 60 лет.


Политика Глава греческой делегации назвал антироссийские санкции несправедливыми Глава греческой делегации назвал антироссийские санкции несправедливыми

Глава греческой делегации, заместитель председателя международной ассоциации "Друзья Крыма" Константинос Ираклис Исихос сравнил западные санкции в отношении России с ядом, который отравляет межгосударственные отношения.

Экономика Литва впервые купит крупную партию российского СПГ, пишут СМИ Литва впервые купит крупную партию российского СПГ, пишут СМИ

Литва, стремившаяся снизить свою зависимость от энергопоставок из России, впервые закупит крупнотоннажную партию российского сжиженного газа (СПГ). Об этом пишет "Коммерсант" со ссылкой на источники.


Спорт Отличия синего и красного букмекера "Фонбет" Отличия синего и красного букмекера "Фонбет"

В чем разница между легальным и нелегальным букмекером с одним и тем же названием "Фонбет"? Основные отличия двух букмекеров. Как выглядит официальный сайт легальной и нелегальной конторы? Различия в игровом аспекте.