29 августа 2012, 10:40, Елизавета КОЗЛЯКОВА

Историческая родина без галстука

Какие они, репатрианты? Корреспондент «Трибуны» побывала в Израиле и пообщалась с «возвращенцами» разных поколений на землю обетованную.

«Каждый репатриант по прибытии в Израиль должен съесть свою порцию дерьма. Неважно, кто ты был до перее

Историческая родина без галстука

Она с мужем приехала с Украины в Израиль почти 20 лет назад вслед за дочерью Мариной и зятем Аликом. В прошлой советской жизни она работала на довольно высокой партийной должности. В нынешней израильской – Елена Аркадьевна дважды бабушка и незаменимый помощник для своей большой семьи.

Все вместе они живут в собственном доме недалеко от Хайфы, третьего по величине города в стране. Кондиционеры охлаждают два просторных этажа. В какой-то момент забываешь о 35-градусной жаре и снаружи. Но так было не всегда…

На севере Израиля в 15 минутах езды от их сегодняшнего места жительства расположен город Акко. Я стою на берегу Средиземного моря. Слева, вдалеке, на склонах горы Кармель виднеется Хайфа. Справа, в исторической части Акко – древние арабские минареты. А прямо передо мной Алик. Он смотрит по сторонам, затем останавливает взгляд на море и задумчиво говорит: «Я стоял на этом же месте двадцать лет назад, когда мы только-только приехали в Израиль. Сколько же всего произошло за эти годы! Сейчас я не представляю себя на Украине».

Алик высокий мужчина с серьезными глазами и светлой копной кудрявых волос. Рассказ о своей репатриантской судьбе он начинает с притчи про туризм и эмиграцию: «Умер мужик и попал в рай. Живет там год, два. Хорошо и спокойно. Как-то раз он услышал об экскурсиях в ад. Мужик записался, оформил разрешение на въезд, билеты. Приезжает, а там девки, выпивка, веселье. Насмотрелся на это все и решил переехать в ад насовсем. Так там интересно. Вернулся мужик в рай, собрал все бумаги, получил специальное разрешение и билет в один конец. Приезжает в ад с чемоданами. Назад дороги нет. Вдруг видит мужик, что вместо развлечений там котлы, кипящая смола и черти встречают словами: «А ты, не путай, брат, туризм с эмиграцией».

– Многие уезжали из экономических соображений. В 1989 году я поехал в Германию в командировку и увидел совершенно другую жизнь. Но решение эмигрировать – репатриироваться созрело позже. Прежде всего, я – еврей. С развалом Советского Союза начали появляться лозунги вроде «Украина для украинцев». Меня с женой это, конечно, впечатлило. Мы решили, что для нашей дочери будет лучше изучать иврит, чем украинский. Сложно выделить что-то одно. Экономическая причина точно главной не была. Все было в комплексе. Душно было там... Душно.

Алик уехал с Украины, когда ему было около 40 лет, с женой Мариной, 7-летней дочерью и контрабандным сыном. Контрабандным, потому что при пересечении границы Марина была на первых месяцах беременности, но об этом не знали ни таможенники, ни Алик, ни она сама. В Израиле их ждал сюрприз.

На вопрос, от каких привычек пришлось отказаться в новой жизни, Алик отвечает после долгого раздумья: «Пожалуй, только от одной – носить галстук. На Украине я был обязан его надевать, так как работал заместителем начальника большого цеха. В Израиле люди на подобных должностях о галстуке не вспоминают – жарко, да и не принято».

Страна значительно выиграла за счет массовой репатриации евреев в 90-х годов (репатриации евреев в Израиль). После распада СССР сюда приехало много высококвалифицированных людей с сильной мотивацией выжить.

За 64 года существования Государства Израиль противостояние между арабами и евреями не прекращалось ни на минуту. Интересно, что во время обострения конфликта обычно прекращаются все внутриполитические распри. Во время Второй ливанской войны в 2006 году оппозиция сразу начала поддерживать правительство. Алик считает, что нельзя разъединяться в такие моменты:

– Говорят, этот конфликт может решиться двумя способами. Первый – если стороны договорятся, а второй – если вмешается Всевышний. Так вот, второй вариант более вероятен. Мы задумывались, конечно, что уезжаем в зону военного конфликта… Но нас это не остановило – война длится со дня образования страны. Да и на момент отъезда у нас было меньше информации. Как я отношусь к обязательной воинской повинности для девушек? Сложно. Моя дочь участвовала в боевых действиях и полной мерой заплатила за это своим здоровьем. После службы в Газе она серьезно и долго болела. Но с таким окружением, как у нас, девушки в армии необходимы.

– Как часто вы общаетесь с арабами?

– Приходится общаться. Вот недавно продавал машину двум арабам. С моим сыном в школе учились два выходца из Южного Ливана, араба-христианина. А вот евреи в мусульманских школах учиться не могут. Загрызут.

По всему Израилю раскиданы арабские поселки с недостроенными домами и полным отсутствием каких-либо Правил дорожного движения. Местные давно решили, что соблюдать их ни к чему. Полиция не особо любит сюда заезжать. Зато за пределами арабских деревень ситуация на дорогах совершенно иная. Однажды один из членов правительства сказал в своем выступлении: «В Израиле, как в России, две беды: дураки и дороги. Хотя нет… Дороги у нас нормальные».

Это похоже на правду. Причем дороги хороши не только своим европейским качеством, но и парадоксальной для России честностью автоинспекторов. Дать взятку за превышение скорости здесь невозможно, а уж за более тяжкое правонарушение – тем более. Автомобилист никогда не заедет на пешеходный переход, если по нему идет человек. Долгое время в стране даже не было запрета садиться за руль пьяным. Израильтяне сами чувствовали меру. Соответствующий закон появился только после массовой репатриации из СССР и стран СНГ. Тогда на дорогах резко возросло количество ДТП из-за пьяных водителей.

Цветы, зверьки, теракты

Однако израильские водители все равно позволяют себе иногда садиться за руль, немного выпив.

– Одну бутылку пива можно, – говорит Стас и делает заказ в шумном кафе на пляже города Наария. Полночь. Мне еще ехать с ним в машине. Я подозрительно вглядываюсь в этого молодого человека и решаю, что выпивший пиво водитель – не то, чего мне надо бояться в Израиле.

Стас симпатичный мужчина, по образованию инженер. К своим 30 годам он успел поработать на серьезной, несколько политизированной должности президента студенческого союза Израиля. Он недоверчив и немного мстительный, по его же собственным словам. Эти качества присущи каждому второму израильтянину. Возможно, они объясняются религией. Около 70 процентов населения исповедуют иудаизм с его принципом «око за око». Всепрощение и непротивление злу насилием все-таки больше свойственны христианству.

– Мы уехали из Ташкента, когда мне было 9 лет. Отец занимал очень высокую должность в строительной сфере. С развалом СССР жить там стало попросту опасно. Мы приехали в Израиль в самый разгар войны в Персидском заливе. Первую ночь провели в бомбоубежище. Видеть своих родителей в противогазах было страшно.

Стас рассказывает об адаптации в новой стране. История его семьи похожа на многие другие: первое время снимали квартиру, осваивались, затем появилась постоянная работа, свой дом. Я спрашиваю о местном менталитете. Стас почему-то решает рассказать об этом, сравнив поведение русских и израильских девушек: «Русские более закрытые, любят внимание, цветочки и поздравления с 8 Марта». Он не понимает, почему надо дарить цветы в Международный женский день. В России тоже многие не согласны с подарками в этот праздник – цветы надо дарить чаще, чем раз в год. В Израиле такой традиции вообще нет. Мне почему-то становится грустно за русских девушек в этой стране. Мужчины не ухаживают за ними с красивыми букетами цветов. А израильтянок это вообще не волнует.

– Они легки на подъем, им не нужны цветы, и в кафе они платят за себя сами. В то время как русские могут этого даже не предложить!

Я вспоминаю нормы международного этикета, согласно которым платит та сторона, которая говорит «приглашаю». Стас задумывается.

– То, о чем я сказал, не хорошо и не плохо. Это просто факты. Они показывают открытость израильтянок и замкнутость русских.

Я прошу продемонстрировать разницу менталитетов на примере мужчин. Стас затрудняется…

Теперь об арабах

– Русские с ними лучше контактируют. Я могу приехать к арабу и попить у него кофе, потому что нормально говорю по-русски. Арабы-христиане более образованные и европеизированные. На арабов-мусульман я смотрю как на зверьков. Они живут рядом с тобой. Порой из их ближайшего села выбегает террорист и взрывает автобус. Ты на 100% знаешь, что они тебя не любят. Да, я пью кофе с арабом, общаюсь. Но если будет конфликт, он мой враг.

Я заезжаю в их поселок в середине Израиля. Дети там не знают иврит и разговаривают только на арабском. Чего мне следует ожидать?

– Но арабский второй официальный язык в стране!

– Если бы он был официальный, его бы учили в школе. Нет. У нас только в первом классе дают вводный урок.

Тут Стас ошибается. Арабский все-таки является вторым официальным языком Израиля.

– А если араб придет к тебе пить чай…

– Что значит придет?!

– Ну, попросит чаю.

– Кто, незнакомый? Незнакомый??? – его глаза расширяются, голос подскакивает. – Да в жизни такого не произойдет. Если дело касается бизнеса, это одно. Но никогда в моем доме не появится араб. Я сейчас говорю о мусульманах.

– Значит, арабу-христианину чай нальешь?

– Христианину без проблем. Их нельзя смешивать, по моему мнению. Арабы-христиане работают в нормальных местах, с ними есть о чем поговорить. Большинство мусульман в Израиле необразованны и работают на черных работах.

Может, вражды в стране было бы меньше, если бы люди банально научились разделять бандитов и мирное население. Не виноваты же все мусульмане в том, что теракты совершают люди одного с ними вероисповедания…

Язык молодежи и трудности перевода

Примерно в 100 километрах к югу от Хайфы расположен Тель-Авив. Жизнь здесь дороже. Один мой знакомый охарактеризовал этот город словом «fancy», что в переводе с английского «причудливый, необычный, прихотливый». В Израиле, кстати, почти все хорошо знают английский. После иврита это второй по важности язык. При этом общаются многие на русском. Большинство русскоязычных приехали в Израиль в сознательном возрасте, и им так проще.

Поздний вечер. Спальный район Тель-Авива. Оля качает на руках полугодовалого малыша. Она и ее муж Виталик только прибежали с работы. Молодая мама в Израиле почти 10 лет. Чтобы оплачивать съемную трехкомнатную квартиру и ясли, ей приходится работать на две ставки. С ребенком помочь особо некому. Родители у Оли и Виталика остались на Украине. С зарплатой ассистента стоматолога няню оплачивать невозможно. Иногда в глазах Оли видна непомерная усталость. Вокруг нас бегает собака, которую надо выгулять. Я беру поводок и обязательный в Израиле пакет для результатов собачьей жизнедеятельности, вывожу ее на улицу. Иду по дворам и спрашиваю себя: «Зачем? Зачем все едут в эту страну? Ради идеи? В поисках дома? Лучшей жизни? А лучшая ли она здесь?..»

Мимо проходят ортодоксальные евреи. Шляпы и пейсы – их обязательные атрибуты. Как правило, они живут на пособие по безработице и много молятся. Ортодоксы снимают самое дешевое жилье. Его много в этой части Тель-Авива. Однако скоро их дома снесут. Район будет застраиваться новыми зданиями. Неподалеку уже возвышаются громадные бизнес-центры.

– На Украине я училась в еврейской школе. Там нам пудрили мозги Сохнутом – организацией, которая занимается вопросами репатриации. После окончания школы я решила поехать по 9-месячной молодежной программе посмотреть Израиль. Планировала вернуться. Но потом появились новые друзья, новая жизнь… и все. Я осталась здесь. Это не было диким желанием, сионизмом или стремлением вернуться на мою историческую родину.

Я спрашиваю, чего ей не хватает в Израиле из того, что осталось на Украине. После перечисления друзей и родных, она называет… систему образования.

– Не для себя, а для детей. В Израиле детские сады работают до 16.00 или до 13.00. Не всем родителям это подходит. В школах образование не такое глубокое, как в России или на Украине. То, что мы учили в первом классе, здесь учат во втором. То, что в России изучают в последних классах, здесь – на первом курсе университета. Наверняка есть хорошие учебные заведения, как везде. Но по сравнению с Россией и Украиной базовое образование в Израиле неглубокое.

– Почему тогда евреи такие образованные и умные?

– Евреи скорее хитрые и умные.

– Как тебя встретили в Израиле?

– Неоднозначно. Одни говорили: «Молодцы, что приехали». Другие: «Кто вы такие, и зачем сюда приперлись». Почти в каждой семье есть когда-то репатриировавшиеся родственники. Но молодежь, которая родилась в Израиле и не сталкивалась с переездом, понимает нас с трудом. Им смешон наш акцент, поведение. По большому счету мы являемся одним большим приколом для молодежи. Взрослые люди более толерантны.

– Ты служила в армии?

– Служить было необязательно, так как я приехала в 17-летнем возрасте. Могла пойти, могла – нет. С самого начала мне никто не объяснил значение армии, ее важность, и насколько люди здесь трепетно относятся к службе.

– Сейчас ты бы пошла?

– Да. В армии многие находят друзей на всю жизнь. Это как одна большая семья и одновременно своеобразная школа взросления. Она разделяется на тех, кто воюет, и тех, кто служит в тылу.

Москва, мой открытый ноутбук и этот, еще недописанный, текст. Я гуляю по израильским блогам в Интернете. Вбиваю в поисковике слова «порция дерьма» и «репатриант». Одна из первых ссылок – форум, на котором спорят, возможно ли этой «порции» избежать. Бурное обсуждение вызвала история уборщика гостиницы, который случайно спас жизнь ребенку. Он оказался «врачом от Бога, некогда заведовавшим детским отделением в одной из российских больниц». Дальше там кто-то жалуется, что российские гинеколог и хирург с многолетним стажем никак не получат в Израиле квалификацию специалиста. Им не хватает знания иврита. Случается, что врачи и инженеры моют полы, работают охранниками в супермаркетах. Подобных историй много, но успешных примеров еще больше. Эмиграция, как правило, показывает, кто чего стоит.

Елена Аркадьевна была права: избежать той самой ароматной «порции» репатрианту не удастся. Однако жизнь показывает, что при желании, высокой работоспособности и хорошем иврите она быстро заканчивается. Главное тут, как в притче, не перепутать туризм с эмиграцией.

Источник: Газета "Трибуна" Темы: Израиль арабы родина

Политика Памфилова отреагировала на случайную победу уборщицы на выборах Памфилова отреагировала на случайную победу уборщицы на выборах

Глава ЦИК Элла Памфилова заявила радиостанции "Говорит Москва", что не видит нарушения закона в ситуации с победой уборщицы Марины Удгодской на выборах главы сельского поселения в Костромской области.

Экономика Титов предупредил Мишустина об угрозе волны банкротств Титов предупредил Мишустина об угрозе волны банкротств

Уполномоченный при президенте России по защите прав предпринимателей Борис Титов обратил внимание премьер-министра Михаила Мишустина на системную проблему с выдачей льготных кредитов бизнесу под два процента, которая может обернуться волной банкротств, рассказали в пресс-службе омбудсмена.


Общество Глава комитета Госдумы выступила против поправок в Семейный кодекс Глава комитета Госдумы выступила против поправок в Семейный кодекс

Глава комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Тамара Плетнева считает, что предложенные сенаторами поправки в Семейный кодекс, касающиеся брака и усыновления, слишком объемны, изменения должны вноситься постепенно.

Культура В "Соседях" соседствуют смех и слёзы – комедия и мелодрама В "Соседях" соседствуют смех и слёзы – комедия и мелодрама

На днях в станице Обуховская Ростовской области стартовали съёмки четвёртого и пятого сезонов сериала "Соседи" силами телекомпании "Мостелефильм дистрибьюшн" по заказу канала "Россия 1". В новых сериях героев проекта ждут настоящие страсти. Казалось бы, все конфликты в прошлом, в большом семействе Ширшиковых и Кораблёвых наступил долгожданный мир: дети отпраздновали свадьбу, выигран районный конкурс на лучший садовый цветок, – но идиллия новоиспеченных родственников рушится в одночасье, когда вн

Спорт Фальстарт из-за коронавируса. Как "Зенит-Ижевск" пострадал после матча на Кубок России Фальстарт из-за коронавируса. Как "Зенит-Ижевск" пострадал после матча на Кубок России

Ижевский футбольный клуб сложно было назвать фаворитом "группы 4" в первенстве ПФЛ. "Зенит" рассматривался в качестве крепкого середняка – букмекеры не предполагали, что ижевские футболисты смогла побороться за путевку в ФНЛ.