20 сентября 2012, 16:01, Мария ГОРБАЛЕТОВ

Комиссар никуда не исчезает…

В последнее время мы не так уж часто получаем письма от наших читателей. Видимо, эпистолярный жанр сходит на нет… Тем не менее нам приятно, что нашу газету продолжают читать и суждения о тех или иных мероприятиях вызывают неадекватные оц

Комиссар никуда не исчезает…

Главному редактору газеты «Трибуна» Н.А. Васильеву

Уважаемый Николай Александрович!

19 июля 2012 г. в Вашей газете был опубликован материал Марии Горбалетовой «ГУЛАГ напоминает», посвященный выставке «Комиссар исчезает» в Государственном музее истории ГУЛАГа. (http://www.tribuna.ru/news/culture/gulag_napominaet/). Будучи сотрудником музея и куратором выставки, я не могу не откликнуться на эту публикацию. Мы с уважением относимся к разным мнениям относительно нашей деятельности и всегда готовы к диалогу. Критические отзывы часто помогают скорректировать работу музея и исправить недочеты. Но в данном случае большинство высказанных замечаний – из них преимущественно и состоит статья – носит характер довольно агрессивных выпадов, которые очень плохо или вообще никак не аргументированы. Местами же они представляют собой прямую дезинформацию. Я бы хотела несколько прояснить суть дела – прежде всего из уважения к читателям газеты, получившим, к сожалению, искаженное представление о событии.

Выставка «Комиссар исчезает» открыта в нашем музее с апреля 2012 г., она посвящена фальсификации фотографических публикаций советского времени. В ее основе – материалы личной коллекции Дэвида Кинга, английского фотоисторика и коллекционера. С момента создания «Комиссар…» существует в двух видах: в виде фотовыставки и в виде фотоальбома (поэтому говорить о том, что выставка – повторение альбома, уже несколько некорректно). Действительно, это первый показ выставки в России, хотя альбом, вышедший под названием «Пропавшие комиссары», у нас издавался, хорошо известен и пользуется заслуженным уважением как профессиональных историков, так и всех, кто этой историей интересуется. Выставка не совсем с ним совпадает: некоторые фотоматериалы были заменены, в значительной степени отредактирован сопроводительный текст. Как по содержанию, так и по оформлению она существенным образом отличается от того варианта, который ранее был показан в странах Европы и Америки. Кроме того, выставку сопровождают подготовленные музеем видеоинсталляции, электронный справочник по персоналиям и аудиогид с записями голосов наиболее известных персонажей, появляющихся и исчезающих на представленных фотографиях. Это предельно краткая информация о выставке; в статье же фактических данных о ней оказалось и того меньше. Зато очень много претензий – переходящих в нешуточные обвинения в безграмотности и даже кощунстве – к ее организаторам. Если бы не эти «выводы», возможно, разговор об этом материале вовсе не стоило бы начинать. Но коль скоро они есть – давайте разберемся в деталях того, на чем они основаны.

Прежде всего, о тех недочетах, которые были указаны верно. Действительно, в любой работе обойтись совершенно без них бывает трудно. К сожалению, в биографии Н. Антипова, размещенной в электронном справочнике, оказалась опечатка – Петербург 1913 года был назван Ленинградом. Мы приносим за это извинения посетителям выставки и благодарны за то, что этот досадный момент был нам указан – в какой бы форме это ни прозвучало. В настоящий момент текст исправлен. Действительно, электронный справочник дорабатывался некоторое время после открытия выставки. Это дополнение к собственно выставочному повествованию, и временное отсутствие некоторых справок никак не должно было повлиять на восприятие основного материала. В настоящий момент справочник полностью завершен. Более того, на момент публикации материала те статьи, по поводу отсутствия которых возмущается автор, давно были выложены и доступны посетителям выставки.

Что касается всех прочих претензий – нам действительно трудно понять, чем они продиктованы. История альбома Родченко и его приобретения Дэвидом Кингом подробно описана во вводном тексте, и вопрос о том, «откуда такие сведения», не должен был возникнуть при внимательном знакомстве с материалами выставки. Почему-то флаг в руках у солдат на улицах Петрограда 1917 г. автор советует называть нам красным, апеллируя к «реальности», стоявшей за фотографией. Между тем грамотное отношение к источнику исключает такое домысливание (которое, кстати, и лежит в основе явления фотофальсификаций). В описании речь идет о реальности фотоснимка, на котором флаг черен, а не о «реальной» реальности, которая, к сожалению, вряд ли восстановима. Имея перед собой только фотофакт, мы уже не узнаем, чего действительно требовали вооруженные солдаты, сфотографированные на площади Петрограда, и какого цвета был их флаг. Абсолютно беспочвенно и оскорбительно утверждение автора об обилии грамматических и стилистических ошибок в описаниях, как и о том, что сопроводительные надписи «затуманивают сознание». В «подтверждение» своих слов автор приводит фразы, которые выхвачены из контекста, обессмыслены и окружены язвительными комментариями. Я не стану приводить здесь означенные тексты целиком – письмо и так уже получается длиннее статьи Марии Горбалетовой. Но, придя на выставку и прочитав их в исходном виде, всякий думающий посетитель сможет убедиться в том, что в них нет никаких ошибок, туманностей или странностей.

Наконец, совершенно необъяснимо то, что предметом ожесточенной и пафосной критики автора выступают пассажи, которых ни в экспликациях, ни в текстах справочника просто нет и никогда не было: «поступил в военную академию в должности… юнкера»; «В 1942 г. она была арестована, после чего кончила институт» – мы бы хотели знать, о ком идет речь и где автор обнаружил подобные изречения? Еще раз тщательно проверив все текстовые материалы, мы со всей ответственностью заявляем, что к их сочинению организаторы выставки никакого отношения не имеют. Между тем эти фразы становятся поводом для обвинения музейных работников не только в отсутствие профессионализма и искажении фактов, но и в кощунстве. Такого рода заявление мы не можем воспринять иначе, как оскорбительную клевету. Хотелось бы напомнить, что в профессии журналиста тоже существует понятие добросовестности, о котором в данном случае говорить не приходится. Мы убедительно просим Вас рассмотреть возможность публикации данного письма или официального опровержения статьи на страницах Вашей газеты. Копия письма направлена в Департамент культуры г. Москвы.

С уважением, Ирина Галкова,

старший научный сотрудник Государственного музея истории ГУЛАГа, куратор выставки «Комиссар исчезает».


Уважаемая Ирина (извините, не знаю Вашего отчества) Галкова!

Редакция «Трибуны» передала мне Ваше письмо – отклик на мою заметку о выставке «Комиссар исчезает» в Музее ГУЛАГа.

Понимаю, что Вам, сотруднику музея и куратору выставки, не очень приятно читать критические о ней замечания. Рада, что Вы признаете ошибку, когда Петербург 1913 года назван Ленинградом, и приносите по этому поводу извинения, – жаль, что о них вряд ли узнают посетители, которые были в музее до Ваших исправлений. Далее Вы пишете: «электронный справочник дорабатывался некоторое время после открытия выставки». Но открылась она 3 апреля, первоначально срок ее работы предполагался в 3 месяца, я была в начале июля, не кажется ли Вам, что «доработка» сильно затянулась? А Ваше уточнение «временное отсутствие некоторых справок никак не должно было повлиять на восприятие», извините, не понимаю: если информация излишня, уберите, если нужна – дайте качественную; сидеть меж стульев не слишком удобно. Как странен и упрек, что я не сообщила о радиогиде – он появился после моего похода в музей, а я не экстрасенс.

Покончив с признанием недочетов, Вы переходите к протестам. Начинаете с Родченко, история с альбомом которого, по Вашим словам, «подробно описана во вводном тексте». Вы странно читаете мой текст, не обращая внимание на слова «лично замазывал лица»: я задаю определенный вопрос, «почему это не мог сделать кто-то из близких»? О том во вводном тексте выставки не сказано ни слова, а именно эта фраза бросает тень на знаменитого фотографа. И как же объяснить факт, что в доме Родченко был не один, а несколько экземпляров альбома – и все другие были ЧИСТЫМИ (!), без замазанных лиц?

Далее Вы замечательно указываете, что «мы уже не узнаем, какого цвета был флаг» (на фотографии солдат в Петрограде 1917 года) – так почему же подпись под фото утверждает, что он был черным? Если бы Вы сочинили что-то вроде «темный флаг» (не берусь навязывать, как именно, – не специалист), вопросов бы не было ни у меня, ни у посетителей.

После этого Вы оставляете конкретику и переходите к обобщениям: «беспочвенно и оскорбительно утверждение автора об обилии грамматических и стилистических ошибок в описаниях…»; «пассажи, которых ни в экспликациях, ни в текстах справочника просто нет и никогда не было» – «где автор обнаружил подобные изречения?» Хочу Вам помочь: «Исаак Бродский родился в еврейской семье» – из справки о Бродском, ясно. Фраза о том, что в известном здании на Лубянке когда-то размещалась страховая компания (на самом деле обитала она в ином месте) – из подписи под соответствующим снимком. Неуклюжее указание, что шалаш в Разливе был отстроен в виде гранитного монумента – рядом с фото загримированного Ленина. Могу привести и прочие адреса, но уж и так мне кажется, что проделываю работу за Вас – ведь Вы свидетельствуете, что «еще раз тщательно проверив все текстовые материалы, мы со всей ответственностью заявляем, что к их сочинению организаторы выставки никакого отношения не имеют».

Возможно, Вы подразумеваете биографии из Интернета – некоторые и впрямь дословно совпадают с Вашими текстами. Но тут и возникает необходимость проверки данных и их редактирования – как только сведения попадают на выставку, ответственность за них ложится на ее организаторов. Еще раз повторяю, что готова указать все тексты, из которых взяты нелепости, приведенные в моей заметке, но, увы, Ваши утверждения – «мы с уважением относимся к разным мнениям относительно нашей деятельности и всегда готовы к диалогу» – не выглядят состоятельными. Ведь что-то из фактов, о которых я пишу (и много других), содержится в Книге отзывов посетителей, наряду, разумеется, с благодарностями.

Если Вы лишь бегло просматривали эти записи, я приведу несколько цитат: «Что удивило: фраза «Объявление Германией войны Советскому Союзу…», не ожидала такой неточности (скажем так) в музее, посвященном истории…»; «Прошу исправить ряд ошибок, неточностей и грамматических описок в экспозиции!!! Была в музее в 2008 г., а сегодня, сравнивая впечатления, удивлена снижением уровня контента, подачи материала и, в частности, стиля изложения и освещения фактов»; «Целая бригада работала над редакцией текстов этой явно ущемленной экспозиции. Как же можно было допустить столько явных ляпов?!!»; «Хороший замысел дискредитируют бесконечные ляпы, ошибки. Даже вкрадывается мысль: не специальное ли это передергивание фактов?»; «Историю нельзя упрощать, представляя сложнейшие процессы в виде черно-белых сказок о Сталине и его безгрешных жертвах»; «Не работает ни один QR-код. А также перепутаны номера текстов и фотографий» – последнее замечание датируется 9 сентября, когда Ваше письмо уже было отослано в «Трибуну». И под некоторыми из этих отзывов не только подписи, но и указания: кандидат исторических наук, кандидат педагогических наук, правнук и внук репрессированного… Им Вы тоже направляете опровержения?

Единственно, чего я категорически не приемлю в Вашем письме – Вы защищаете «музейных работников», в то время как я писала только об устроителях выставки. Такая подмена, равно как и обозначение «Творческий коллектив Государственного музея истории ГУЛАГа», следующее за Вашей личной подписью, вызывают в памяти известные коллективные письма, которые публиковались – работникам ли такого музея не знать? – по определенным поводам и с определенной целью.

В полном соответствии с Вашим требованием о добросовестности журналиста (еще вспомнилась пословица: «Врачу, исцелися сам») я беседовала с некоторыми «творческими сотрудниками» Вашего музея – их отзывы о выставке весьма критичны. Имен не привожу, поскольку на то надобно их разрешение, а Ваше письмо не располагает к откровенности. Одно все же назову, приведя строки из той же Книги отзывов: «Подошли к основателю этого музея А.В. Антонову-Овсеенко… со своими претензиями. Оказалось: нелепости выставки – явный брак ее устроителей». Сколь помнится, Антонов-Овсеенко, отсидевший более десятилетия в лагерях, автор нескольких книг о репрессиях, – единственный человек в Вашем музее, кто на себе испытал в полной мере кошмары той эпохи. Ему стоит поверить…


Политика Представители Украины не пришли на заседание Совбеза ООН по Крыму Представители Украины не пришли на заседание Совбеза ООН по Крыму

Представители Украины, Великобритании, США и Эстонии отказались принимать участие в инициированном Россией заседании Совбеза ООН по "формуле Арриа", посвященном ситуации в Крыму, сообщило российское постпредство.

В мире Киевский суд обязал генпрокурора начать расследование против Байдена Киевский суд обязал генпрокурора начать расследование против Байдена

Печерский районный суд Киева обязал Генеральную прокуратуру Украины расследовать возможное вмешательство в деятельность экс-генпрокурора страны Виктора Шокина со стороны бывшего вице-президента США Джо Байдена.

Экономика Попользовались и хватит. Польша перестанет быть транзитером газа из РФ Попользовались и хватит. Польша перестанет быть транзитером газа из РФ

Соглашение о транзите газа через Польшу по трубопроводу "Ямал – Европа", которое истекает 18 мая, продлено не будет, заявил агентству Reuters представитель "Газпрома" Сергей Куприянов.


Культура Изгнанник Иосиф Бродский – лауреат Нобелевской премии по литературе Изгнанник Иосиф Бродский – лауреат Нобелевской премии по литературе

24 мая исполняется 80 лет со дня рождения поэта Иосифа Бродского, вынужденного покинуть Россию в 1972-ом году, а через пять лет в 1977-ом году получившего американское гражданство и продолжившего писать стихи на русском и английском языках. В противном случае его поэзия была бы недоступна западным читателям и вряд ли бы ему присудили Нобелевскую премию.

Спорт РФС определил дату возобновления чемпионата России по футболу РФС определил дату возобновления чемпионата России по футболу

Чемпионат России по футболу, приостановленный из-за коронавируса, возобновится 21 июня, сообщается на официальной странице Российского футбольного союза (РФС) в Twitter.