8 октября 2012, 11:09, Беседу вели Владимир КУЗНЕЧЕВСКИЙ, Владимир ШИЛОВ

Дмитрий ЛЬВОВ: "Высокий процент деловых людей оценивает роль государства в экономики"

Известный российский экономист, академик РАН Дмитрий ЛЬВОВ дал «Трибуне» одно из последних своих интервью. Незадолго до своего ухода из жизни Дмитрий Семенович поделился с нашими корреспондентами своим видением нового этапа развития

Дмитрий ЛЬВОВ: "Высокий процент деловых людей оценивает роль государства в экономики"

- Руководство страны недавно объявило о начале нового этапа в развитии экономики, ускоренном развитии обрабатывающей промышленности, транспортной сферы, прикладной науки. Возможен ли в России такой поворот?

– Да, инновационный прорыв в промышленно-транспортном секторе возможен. Но только одновременно с повышением качества жизни. Для осуществления качественного сдвига нужно предложить всему обществу ясную, обоснованную концепцию развития экономики. Что я имею в виду?

Власть, да и политический класс в целом, совершенно не учитывали внутреннего мира человека, который был призван участвовать в предыдущих реформах. В соответствии с рекомендациями наших ортодоксальных либералов обычные люди никогда в копейку не ставились. А в результате в обществе сформировался феномен, в котором присутствует, с одной стороны, массовая апатия, а с другой – социальная агрессия.

Сейчас многие растерялись и не могут объяснить себе действительность, и уж тем более – оправдать ее. Они ежедневно наблюдают несправедливость. Даже молодежь знает, что все, чем сегодня владеют отечественные сверхбогачи, построено и накоплено отнюдь не ими. Почему такое происходит? При этом власть ничего не делает для того, чтобы постоянно разъяснять: надо разделить отношение к предпринимателям в целом. То, что создано на свой капитал, за собственный страх и риск, достойно всяческого уважения. Предпринимательский доход, частная собственность – нормальные явления в нормальном обществе. Частная собственность в определенных рамках играет большую роль в развитии экономики. Но одновременно я хотел бы подчеркнуть, что история человечества не доказала абсолютного преимущества одной формы собственности перед другой.

Обратимся к фактам. В 1990 году, когда нефтепромыслы принадлежали государству, по такому показателю, как выработка на одну скважину, мы обгоняли США в 2,2 раза. Теперь вся нефтедобыча находится в частных руках, и что мы имеем? По тому же показателю мы отстаем от Соединенных Штатов в 1,8 раза. Кроме того, у нас в полтора раза больше занятых в этой сфере.

Либеральные реформаторы уверяли нас, что если нефтепромыслы отдать в частные руки, эффективность производства резко возрастет. Однако в нефтегазовом комплексе выработка на одного человека за 15 лет упала в 1,8 раза. В 1990-е годы коэффициент обновления основных фондов составлял порядка 8,6%, а в 2005 году – 2,2 процента. Сходная картина в электроэнергетике. Словом, неправильно уповать на одну только частную собственность и напрочь отказываться от государственной. Особенно, если речь идет о качественных сдвигах в экономике.

– Вот данные социологического опроса среди 94 топ-менеджеров и собственников российских компаний. Вопрос им был предложен такой: насколько возможен инновационный рост российской экономики в условиях ее высокой зависимости от топливно-энергетического сектора? Более 53 процентов участников опроса полагают, что этот сценарий вполне реализуем, но только при поддержке государства. Примерно в полтора раза меньше респондентов (36,2%) считают инновационный путь развития для России бесперспективным. Ваше мнение?

– Радует, что высокий процент деловых людей реально оценивает роль государства в развитии экономики. Однако по-настоящему мы сможем идти вперед быстрее, если одновременно с инновационным прорывом государство поставит задачу качественного повышения жизненного стандарта.

Недавно из-за так называемых техногенных катастроф погибли несколько сотен человек. Да никакие они не «техногенные»! На самом деле причина в низкой квалификации людей, из-за которых эти трагедии произошли. За последние 15 лет деградировало качество профессионального исполнения своих обязанностей. И одновременно резко возросла степень моральной безответственности. Неучу, неумехе наплевать на результаты своего труда – эта истина актуальна во все времена.

Ученые Академии наук давно пришли к выводу, что главной диспропорцией, сдерживающей рост и качество нашей экономики, стала недопустимо низкая заработная плата наемных работников. Вот ряд весьма красноречивых цифр.

Если по среднечасовой производительности мы отставали от США примерно в 3,6 раза, то по часовой заработной плате, в долларовом эквиваленте, – в 9,6 раза. От Великобритании наше отставание по часовой производительности труда составляло 2,9 раза, а в почасовой зарплате – более чем в 8 раз. Для Германии это соотношение выглядело как 3,6 на 13,4; Франции – 3,8 на 8,5; Японии – 2,8 на 7,2; Канады – 3,1 на 10. Вот в каких величинах может измеряться наша дополнительная эксплуатация труда.

Сейчас в средствах массовой информации много пишут о том, что прирост нашего ВВП идет главным образом за счет добычи нефти и газа. Это заблуждение, которое дорого обходится всем нам. Легко подсчитать, что примерно на четверть ВВП формируется за счет хронической недоплаты заработной платы наемным работникам. Причем к последним в первую очередь относятся наши бюджетники. Именно эту часть, составляющую интеллектуальное ядро России, мы делаем все беднее.

К чему это ведет? Прирост ВВП за счет недоплаченной заработной платы резко сокращает потребительский спрос, создает инфляционный прессинг, усиливает диспропорцию между стоимостной и материально-вещественной сторонами экономики. В результате наемному работнику теперь приходится обменивать свою нищенскую зарплату на продукцию и услуги, цены на которые стремительно приближаются к мировым. А между тем Организация Объединенных Наций давно признала, что часовая заработная плата ниже трех долларов выталкивает человека из нормального воспроизводственного процесса, притупляет мотивацию работника к труду. Наша часовая заработная плата сегодня примерно вдвое ниже этого минимума.

Думается, настало время развеять стародавний советский стереотип, что мы, дескать, плохо живем потому, что плохо работаем. Мировая статистика и наш опыт опровергают этот тезис. Следует признать другую истину: мы плохо работаем потому, что плохо живем.

А между тем современное постиндустриальное общество совершило решительный поворот к «экономике знаний». В этой фазе развития ценятся не кубометры, тонны добытого сырья плюс машины, а результаты интеллектуальной деятельности ученых, специалистов, новаторов. Интеллектуальная рента в «экономике знаний» активно замещает природно-сырьевую ренту и превращается в определяющий фактор общественного развития. В этих условиях вся система общественных предпочтений сориентирована на усиление роли и значения творцов новых знаний, технологий, продуктов и услуг, принципиально меняющих направление формирования и структуру использования национального валового продукта. А значит, нужно идти дальше: рост заработной платы создателей новых знаний должен опережать сферу сугубо материального производства. Полагаю, необходимо уже сейчас перенаправить действующие приоритеты с нефти и газа на науку и новые интеллектуальные продукты.

– Нельзя ли немного подробнее о составляющих этого тезиса?

– Не открываю здесь никакой тайны. Уже не металл и бетон, не гиганты промышленной индустрии стоимостью в десятки и сотни миллиардов долларов, а интеллект человека, его способность создавать новые знания становятся сейчас главной производительной силой общественного развития. Интеллектуальная рента в экономике знаний превращается в фундаментальный источник социально-экономического развития, замещающий значительную часть природной ренты. Это едва ли не единственная козырная карта, которой мы располагаем.

Наш анализ показывает, что, если Россия ставит своей целью уже в относительно недалеком будущем превратиться в передовую экономическую державу, альтернативы курсу на восстановление и развитие науки и образования, всего наукоемкого промышленного сектора нашей экономики у нас просто не существует. Сохранение же прежней парадигмы ведет к консервации уровня жизни для подавляющей части нашего населения; неизбежно будет усиливаться и без того острая проблема занятости трудоспособного населения страны; ориентация на сырьевой сектор существенно обострит противоречие между высоким общим уровнем образованности населения и потребностями хозяйственной практики.

– Где же взять средства для опережающего роста зарплаты в инновационных отраслях?

– Вопрос может быть решен достаточно просто в нынешней системе бюджетных отношений. Для этого необходимо изменить механизм первичного распределения чистого дохода: повысить нагрузку на сверхдоходы крупного бизнеса, а также на недвижимое имущество и землю, принадлежащую отдельным его представителям.

В отличие от многих других стран, основной вклад в прирост совокупного чистого дохода России вносит не труд и даже не капитал, а рента – доход от использования земли, территории страны, ее природных ресурсов, магистральных трубопроводов, средств сообщения (транспорт и современные средства связи), от монопольного положения производителей важных видов продукции, пользующихся повышенным спросом на рынке. На долю ренты приходится сегодня 75% общего дохода. Вклад труда здесь в 15 раз, а капитала – примерно в 4 раза меньше.

Но сегодня рентный поток доходов в своей подавляющей части не попадает в государственную казну, а идет в карманы тех, кто оказался во властных или околовластных структурах, в криминальном бизнесе. В определяющей мере это результат действующей у нас налоговой системы.

Главной составляющей налоговых доходов, как это ни покажется парадоксальным, у нас является труд, а более конкретно – фонд оплаты труда. Так строится система бухгалтерского учета и калькулирования, исчисления налогооблагаемой базы. В результате получается, что около 70% налоговых доходов у нас прямо или опосредованно связано с фондом оплаты труда. Но в то же время, как мы уже говорили, наша заработная плата является одной из самых низких в мире. Отсюда непостижимый парадокс: самый угнетенный фактор производства – труд – якобы создает основную часть дохода России. На самом деле это, конечно же, не так. Здесь мы видим результат искаженных пропорций между первичными факторами производства. Именно отсюда стартует неоправданно высокая нагрузка на доходы бизнеса и населения, что свидетельствует о крайней неэффективности действующей у нас системы налогообложения.

Мы живем в мифической хозяйственной системе! А между тем в реальной жизни значительная часть рентного дохода течет мимо казны и присваивается недропользователями. Чтобы исправить этот экономический нонсенс, нужна другая модель изъятия ренты. Ее универсальный смысл и долгосрочная динамика состоят в том, чтобы обеспечить последовательный переход от ренты природных ресурсов к интеллектуальной ренте, связанной с развитием науки, образования, современных информационных технологий, увеличением доли наукоемкого сектора экономики.

– Есть ли здесь успехи?

– Правительство ставит задачу о переходе к инновационному этапу развития и одновременно с этим не собирается отказываться от плоской шкалы налогообложения. Но в этом случае одна цель полностью перечеркивается другой! Ведь если мы сегодня не займемся на инновационной основе структурной промышленной политикой, уж точно превратимся только в сырьевую державу. Нужно изменять и методы управления экономикой в соответствии с новой задачей, в сфере управления следует, прежде всего, создать новую модель взаимодействия бизнеса с государством.

Как известно, я всегда настаивал на том, чтобы государство забирало природную ренту. И с удовлетворением отмечаю, что в последние годы в этом направлении многое сделано. Экспортные пошлины на нефть стали очень высокими, и это правильно. Но что дальше-то? Правительство собрало весьма большие деньги и тут же отдало их на Запад! А зачем тогда собирали? Сто миллиардов долларов, накопленных в Стабилизационном фонде, отдали за границу. Под предлогом, что у нас в стране большая инфляция, Минфин разместил их на Западе. Но это же глупость! Теперь все они в ценных бумагах – попробуй их вытащи оттуда...

Россия – мост между странами и цивилизациями Запада и Востока. В этом предопределении – наше огромное преимущество. Северный морской путь, ледоколы, Транссиб – вот куда надо употребить эти деньги, собранные на природной ренте. Это тотальные промышленно-транспортные проекты, ГОЭЛРО-2. Возьмется за это частный бизнес? Если будут государственные гарантии – с дорогой душой! Но тогда государство должно снять с бизнеса тяжелые, а самое главное, неэффективные ограничения в виде социального налога, НДС, части налога на прибыль. Убрать обложение новых инвестиций – и дело пойдет. Будут действовать мощные стимулы к развитию производства, к вложению инвестиций в наше российское предприятие. А самое главное – затраты на производство отечественной продукции сократятся по промышленности в среднем в два раза, а, следовательно, наша продукция станет более конкурентоспособной не только на внутреннем, но и на мировом рынке. Это реальные миллиарды рублей в бюджете. Лучше станет практически всем. Немного хуже будет лишь тем, кто до сих пор незаконно пользовался ресурсами, что даны России провидением. Но тут, как говорится, надо потерпеть. Тем более, есть надежда, что это позволит отмолить им хотя бы часть грехов перед народом.

Можно предположить, с каким энтузиазмом подобная политика будет поддержана разумным, активным населением нашей страны. Вот тогда бы и началось настоящее инновационное развитие нашей экономики, которое без сознательной морально-психологической поддержки миллионов людей вообще вряд ли возможно.

Справка ТРИБУНЫ

Дмитрий Семенович ЛЬВОВ (2.02.1930 – 6.07.2007)

Известный российский экономист. Основными направлениями его научной деятельности являлись проблемы эффективного управления техническим развитием, структурная и промышленная политика, проблемы социально-экономического развития и экономического роста.

В 1987 году - член-корреспондент АН СССР (1987). С 1993 года – член Экспертного совета при правительстве РФ, член Научно-методического совета при председателе Совета Федерации. С 1994 г. – академик РАН.

С 1995 года – заместитель председателя Научного совета РАН по оптимальному управлению экономикой. С 1997 года – член Комиссии при президенте РФ по Государственным премиям РФ в области науки и техники.

Автор более 300 научных работ, в том числе 18 монографий, двух учебников для вузов.



Общество Благовещенск хотят развивать за счет намывов Благовещенск хотят развивать за счет намывов

Возвести "новый город" возле моста через Амур, увеличить количество пешеходных улиц и намыть территории у слияния рек предложили участники Амурского экономического форума для развития Благовещенска.

Спорт Российские боксеры отказались ехать на ОИ-2020 без национального флага Российские боксеры отказались ехать на ОИ-2020 без национального флага

Боксеры отечественной сборной отказались ехать на Олимпиаду в Токио без национального флага, заявил генеральный секретарь Федерации бокса России Умар Кремлев.