22 октября 2012, 13:27, Сергей ДМИТРИЕВ издатель, секретарь Союза писателей России

Иван Бунин: "Лишь Слову жизнь дана"

Сегодня, 22 октября, Россия отмечает 142 года со дня рождения выдающегося писателя, лауреата Нобелевской премии Ивана Алексеевича Бунина

Иван Бунин: "Лишь Слову жизнь дана"

«Рельсы всегда будят во мне мою ненасытную страсть к путешест-виям. Ведь больше всего на свете

я люблю путешествия».

И.А. Бунин

Бунина, как никакого другого русского поэта, по праву можно назвать «скитальцем русской поэзии». А ведь родился он в удаленном от мировых путей Воронеже и долгие годы жил в Ельце и на Орловщине. Кто тогда, в конце ХIХ века, мог представить, что вырастет из него великий странник, которому суждено будет увидеть почти половину мира. Близко знавшая писателя Г.Н. Кузнецова прямо утверждала, что «Бунин всю свою жизнь жил жизнью не оседлой, а скитальческой. В России не было у него своего дома, он гостил то у родных в деревне, то жил в Москве – и всегда в гостинице, – то уезжал в странствия по всему миру».

А началось все с его первого путешествия по Малороссии, по Днепру, в 1894 году. «Позднее мне много пришлось помыкаться по белу свету, но, кажется, ни одно мое путешествие не запечатлелось так в моей душе, как эти недолгие скитания по югу России… – писал поэт в рассказе «Казацким ходом». – Прежде я бессознательно тянулся к скитаниям по новым местам, – теперь я ясно понял, что значат они. Я понял, что для того, чтобы жить полной жизнью, мало науки, мало одних книжных знаний и житейского благополучия. Для меня открылась красота природы, глубокая связь художественных созданий с родиной их творцов, увлекательность изучения народа и поэзия свободы и воли в скитальческой жизни…»

В апреле 1903 года Бунин впервые отправился за границу в Турцию. Как вспоминала впоследствии В.Н. Муромцева, будущая жена писателя, «он в первый раз целиком прочел Коран, который очаровал его, и ему непременно хотелось побывать в городе, завоеванном магометанами, полном исторических воспоминаний, сыгравшем такую роль в православной России, особенно в Московском царстве… Византия мало тронула в те дни Бунина, он не почувствовал ее, зато Ислам вошел глубоко в его душу… Бунину было в эту весну всего 32 года…»

Очень важно, что этой своей первой поездкой Бунин фактически изменил вектор путешествий русских поэтов, которые до этого устремляли свои взоры в благодатную Европу. Русская интеллигенция к тому времени до мозга костей пропиталась ее веяниями, и это распространялось от моды на сюртуки и коляски до моды на революционные идеи. Гоголь писал «Мертвые души» в Риме, Достоевский колесил по Германии, а Тургенев по Франции… Сорбонна была тогда столь же доступна для образованных кругов, как Петербургский университет, а в споре западников и славянофилов почти всегда побеждали первые. Бунин же почувствовал сначала неясное, а потом все более сильное влечение к Востоку, при этом он подпитывал свой нарастающий интерес к новому предмету изучением специальной литературы и образцов поэзии и культуры восточных стран.

И совсем не случайно, собираясь в свое первое длительное путешествие, которое они называли свадебным, Иван Бунин и Вера Муромцева, окончившая естественный факультет Высших женских курсов и знавшая несколько иностранных языков, вновь выбрали именно восточный маршрут. Супруги выехали из Одессы в начале апреля 1907 года и вскоре были уже в Константинополе. Затем они посетили Афины, Александрию, Египет, Иудею, Иерусалим, Хеврон, Вифлеем, а впоследствии добрались до Ливана и Сирии, увидев Бейрут, Баальбек и Дамаск. Возвратившись обратно в Египет, в Каир, они восхищались Нилом и пирамидами. Именно тогда Бунин сказал, что «всякое путешествие меняет человека…». Именно это первое большое путешествие словно бы спроецировало всю дальнейшую, кочевую, по сути, жизнь писателя и Веры Николаевны, с постоянной сменой стран и мест пребывания, ведь прожили они совместно сорок шесть с половиной лет.

Конечно, Бунину удалось проехать вдоль и поперек и почти всю Европу, но именно восточный мир тянул его к себе неотрывно. В середине декабря 1910 года он с женой отправляется в свое новое восточное путешествие, и супругам суждено будет увидеть Константинополь, Люксор, Ассуан, Каир. Далее, на устаревшем французском пароходе, превращенном из пассажирского в грузовой, супруги неспешно, за 18 дней, по Красному морю и Индийскому океану добрались до Цейлона – самой дальней точки своих странствий – и провели там полмесяца, так и не попав в Сингапур и Японию и вернувшись в Россию только в середине апреля 1911 года.

Обдумывая увиденное за границей, Бунин пришел к интересному выводу, объясняющему страсть к путешествиям его самого и многих других подвижников: «Некоторый род людей обладает особенностью особенно сильно чувствовать не только свое время, но чужое, прошлое, не только свою страну, свое племя, но и другие, чужие, не только самого себя, но и ближнего своего, то есть, как принято говорить, «способностью перевоплощаться», и особенно живой и особенно образной (чувственной) «памятью». Согласно представлениям Бунина, поэзия есть Божья любовь, разлитая в мире, а задача поэта – ловить ее и передавать другим людям. И насколько проще это удавалось делать ему в пути, в дороге, во время созерцания новых мест, людей и природных красот.

Пора, пора мне кинуть сушу,

Вздохнуть свободней и полней –

И вновь крестить нагую душу

В купели неба и морей! –

писал поэт в 1916 году. По словам Н.А. Пушешникова, Иван Алексеевич говорил, что он «никогда не чувствовал себя «так хорошо, как в те минуты, когда ему предстоит большая дорога». В октябре 1912 года в беседе с корреспондентом газеты «Голос Москвы» Бунин признался, что в отношении странствий у него «сложилась даже некоторая философия», что «он не знает ничего лучшего, чем путешествия… Путешествия играли в моей жизни огромную роль».

Чем больше поэт путешествовал, тем более он убеждался, что «все-таки оно есть в мире – нечто незыблемо-священное». «В море, в пустыне, непрестанно чуя над собой высшие Силы и Власти и всю ту строгую иерархию, которая царит в мире, – говорил он, – особенно ощущаешь, какое высокое чувство заключается в подчинении, в возведении в некий сан себе подобного (то есть самого же себя)». Ночью 12 февраля 1911 года на стоянке в Порт-Саиде писатель записал в своем дневнике следующие проникновенные строки: «Суздальская древняя иконка в почерневшем серебреном окладе, с которой я никогда не расстаюсь, святыня, связующая меня нежной и благоговейной связью с моим родом, с миром, где моя колыбель, где мое детство, – иконка эта уже висит над моей корабельной койкой. «Путь Твой в море и стезя Твоя в водах великих и следы Твои неведомы…» Сейчас, благодарный и за эту лампу, и за эту тишину, и за то, что я живу, странствую, люблю, радуюсь, поклоняюсь Тому, Кто незримо хранит меня на всех путях моих своей милосердной волей, я лягу, чтобы проснуться уже в пути. Жизнь моя – трепетное и радостное причастие вечному и временному, близкому и далекому, всем векам и странам, жизни всего бывшего и сущего на этой земле, столь любимой мною. Продли, Боже, сроки мои!»

И не случайно Господь услышал его молитвы, вознаградив писателя долгой жизнью и продлив жизненные сроки его с того памятного февраля 1911 года, когда Бунину было всего 40 лет, до ноябрьских дней 1953 года, то есть еще на полных открытиями и свершениями 42 года.

Когда перечитываешь сегодня стихи, рассказы и дневники писателя, посвященные восточным странствиям, больше всего поражает его восторженное и внимательное отношение к исламу. Казалось бы, почему человек, исповедующий православие и не раз демонстрировавший свою привязанность к родной земле, столь рьяно и открыто интересуется другой религией, старается проникнуть в ее заветные тайны и обряды, а также понять поведение и веру простых людей? Ответ на этот вопрос, конечно, не может быть односложным. Во-первых, на отношении Бунина к исламу особым образом сказалось поэтическое любопытство, которое всегда отличает великих поэтов, стремящихся прочувствовать и осмыслить незнакомые явления, во-вторых, любовь писателя к истории, особенно древней, не могла не вызвать в нем повышенный интерес к религии, которая не просто определила образ жизни многих народов, но и привела фактически к их переходу или прорыву в совершенно иную цивилизационную модель. В-третьих, интуиция и предчувствия поэта уже в те годы ясно показали ему, каким мощным духовным и энергетическим зарядом обладает ислам и насколько усилится в будущем его влияние на развитие человечества. И, наконец, в-четвертых, поэта просто пленила зримая и бросающаяся красота исламского мира с его пестрыми приметами в области архитектуры, декоративного ис-кусства, поэзии, ремесел, повседневных традиций и обычаев.

Более упрощенно можно сказать, что поэта Бунина захватила в свой плен поэтика ислама, и совсем не случаен его нескрываемый интерес к Корану – главной книге всех мусульман, которая, так же как и Библия, вобрала в себя целые пласты вековой восточной мудрости и поэзии, а также к фигуре самого Пророка (достаточно прочитать потрясающий рассказ-поэму Бунина «Смерть Пророка»). Когда писатель наблюдает за молениями мусульман, он улавливает глубину и неподдельность общей веры: «…Велик и непостижим владыка – и вот покорно падают руки вдоль тела, а голова на грудь. И еще покорнее отдаются эти руки в узы его, соединяясь после падения под грудью, и быстро и бесшумно начинает вслед за этим падать человек на колени и касаться челом праха. И тайные мольбы и славословия падающего ниц человека со всех концов мира несутся всегда к единому месту: к святому городу, к ветхозаветному камню в пустыне Измаила и Агари…»

Много испытаний пришлось пережить Бунину на своем скитальческом веку, но уважение его к религии и неподдельная вера не раз спасали писателя от уныния и бессилия. Об одном показательном эпизоде из жизни поэта рассказал в своем дневнике 20 апреля 1918 года Н.А. Пушешников: «Вечером опять у Ивана Алексеевича. Он только что пришел из церкви. Глаза заплаканы.

– После всей этой мерзости, цинизма, убийств, крови, казней я был совершенно потрясен. Я так исстрадался, я так измучился, я так оскорблен, что все эти возвышенные слова, иконостас золотой, свечи и дивной красоты песни произвели на меня такое впечатление, что я минут пятнадцать плакал навзрыд и не мог удержаться. Все, что человечество создало самого лучшего и прекрасного, все это вылилось в религию. Да, только в редкие минуты нам дано это понимать».

Бунин-путешественник, Бунин-поэт, открывший для себя и для всех нас чужие миры, оставил нам, как главный свой завет, страстный призыв хранить божественное Слово. В стихотворении с тем же названием он вывел чеканную формулу:

Молчат гробницы, мумии и кости,

Лишь Слову жизнь дана:

Из древней тьмы, на мировом

погосте

Звучат лишь Письмена.

И нет у нас иного достоянья!

Умейте же беречь

Хоть в меру сил, в дни злобы

и страданья,

Наш дар бессмертный – речь.

биография

Иван Алексеевич БУНИН родился в дворянской семье

22 октября 1870 года. Детство и отрочество провел на хуторе Озерки, в Елецком уезде. Работал в орловской газете, служил статистиком в земстве в Полтаве, потом библиотекарем.

Первое стихотворение Бунина – «Деревенский нищий» – опубликовано в 1887 году в журнале «Родина». С этого года Бунин начинает регулярно печататься в журналах «Неделя», «Русское богатство», «Новое слово».

В 1903 году становится лауреатом Пушкинской премии Петербургской академии наук. В 1909 году он удостаивается второй Пушкинской премии и избирается почетным академиком.

Широкое признание пришло к Бунину после выхода в 1910 году его повести «Деревня» и в 1911 году повести «Суходол».

Октябрьскую революцию Иван Алексеевич Бунин не принял, в 1920 году вместе с женой В.Н. Муромцевой отправился в Константинополь, а затем во Францию, где в Грассе и Париже и провел оставшуюся жизнь.

В 1925 году Бунин опубликовал труд «Окаянные дни», написанный еще в 1918 году и посвященный событиям Октябрьской революции. В том же 1925 году вышла повесть «Митина любовь».

В 1930 году Иван Алексеевич издает роман «Жизнь Арсеньева». В 1933 году ему присуждают Нобелевскую премию.

В 1943 году Бунин написал книгу «Темные аллеи», рассказы из которой считал лучшим из того, что создал за все время.

Биография Ивана Бунина почти вся состоит из переездов, путешествий.

Скончался 8 ноября 1953 года в Париже.


Политика Британия и Канада ввели санкции против Лукашенко Британия и Канада ввели санкции против Лукашенко

Великобритания и Канада ввели санкции против президента Белоруссии Александра Лукашенко, его сына Виктора и нескольких высокопоставленных членов правительства страны, сообщил британский МИД.

Экономика Российские профсоюзы предложили отменить накопительную часть пенсии Российские профсоюзы предложили отменить накопительную часть пенсии

Федерация независимых профсоюзов России (ФНПР) обратилась к главе правительству Михаилу Мишустину с просьбой исключить накопительный компонент из системы государственного пенсионного страхования, это следует из письма, размещенного на интернет-сайте организации.


Общество Глава комитета Госдумы выступила против поправок в Семейный кодекс Глава комитета Госдумы выступила против поправок в Семейный кодекс

Глава комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Тамара Плетнева считает, что предложенные сенаторами поправки в Семейный кодекс, касающиеся брака и усыновления, слишком объемны, изменения должны вноситься постепенно.

Спорт Фальстарт из-за коронавируса. Как "Зенит-Ижевск" пострадал после матча на Кубок России Фальстарт из-за коронавируса. Как "Зенит-Ижевск" пострадал после матча на Кубок России

Ижевский футбольный клуб сложно было назвать фаворитом "группы 4" в первенстве ПФЛ. "Зенит" рассматривался в качестве крепкого середняка – букмекеры не предполагали, что ижевские футболисты смогла побороться за путевку в ФНЛ.