25 октября 2012, 20:35, Любовь ЛЕБЕДИНА

Алена Бабенко: "Кастинги всегда ненавидела и ненавижу до сих пор "

После картины «Водитель для Веры», получившей главные призы «Золотого орла» и «Ники», об Алене Бабенко заговорили, как о перспективной актрисе. Посыпался град предложений, и даже Эльдар Рязанов не смог устоять перед обаянием лирической героини и снял

Алена Бабенко: "Кастинги всегда ненавидела и ненавижу до сих пор "

– Скажите, в 2008 году вам было трудно входить в труппу «Современника»? Ведь до этого вы никогда не работали на стационаре.

– Раздумывать о том, как я войду в труппу, было некогда. За неделю мне пришлось ввестись на роль Маши в спектакле «Три сестры», а поскольку я никогда не встречалась с классической литературой ни на съемочной площадке, нигде, то для меня это было серьезное испытание. Надо было привыкнуть к тому, что существует последний ряд, галерка, и сказать так, чтобы тебя услышали и поверили. Поэтому главная проблема заключалась в том, каким образом я это сделаю за неделю. К тому же было неизвестно, как в дальнейшем сложится моя судьба в этом театре. К счастью, со следующего сезона сразу началась работа в спектакле Сергея Пускепалиса «Бог резни» и думать особо тоже было некогда. Опять же мне повезло – в спектакле оказались те партнеры, с которыми я играю в «Трех сестрах», – Влад Ветров, Ольга Дроздова, Сергей Юшкевич. Вот с этого момента, через репетиции, я и стала узнавать театр по-настоящему.

– Насколько я знаю, вы учились во ВГИКе на курсе у Анатолия Ромашина, а он-то был замечательным актером, в том числе театральным. Институт что-то вам дал в плане ремесла?

– Из своей учебы по актерскому мастерству я вынесла какие-то крошки, которые до сих пор для меня важны. И еще я поняла: какая бы ни была обстановка, надо работать и работать. Во ВГИКе у меня появился киношный опыт, но отнюдь не театральный. Мне было очень трудно раскрыться на сцене, и порой казалось, что театр не то место, где я когда-нибудь буду. Хотя мой педагог Тамара Васильевна Дегтярева хвалила меня – теперь мы с ней оказались в одном театре. Именно она стала моим ангелом-хранителем, тем человеком, который помог больше всех в профессии: научила, как, используя выразительные средства, передавать эмоциональное состояние человека, которого играешь.

– Скажите, Алена – это ваше полное имя?

– По паспорту я Елена Олеговна. У нас в Сибири нет Ален, а здесь в Москве все Елены – Алены. И я ею стала.

– Итак, вы родились в Кемерово, там же окончили школу. Не в обиду вам будет сказано, но когда в 80–90-е годы я приезжала туда в командировки, то город производил на меня гнетущее впечатление. С вами, наверное, такого не происходило, ведь это ваши родные места...

– Ничего такого плохого я не замечала, мне казалось все отлично, поскольку не с чем было сравнивать, и я далеко не выезжала. Бывала, правда, в Новокузнецке, Прокопьевске, которые совсем не вдохновляли, зато прекрасным показался Томск со своей старинной архитектурой, особой интеллигенцией, своеобразным юмором. Наверное, потому и поступила в Томский университет.

– Ваши родители по-прежнему живут в Кемерово?

– Да.

– Вы были одна в семье?

– Нет, нас было двое. Мой младший брат сейчас занимается бизнесом.

– Чтобы поступить в университет сразу после школы – для этого надо иметь хорошие мозги. Выходит, вы всегда были серьезной и умной девушкой?

– Математикой и физикой я увлекалась с ранних лет, это были мои любимые предметы, но, мне кажется, для этого не надо быть сильно умной. Окончить университет не удалось, так как у меня кардинально изменилась личная жизнь, и я переехала в Москву.

– Можно сказать, что вы авантюрный человек?

– Несомненно. Это единственное, что мне помогает, но отнюдь не смелость.

– Итак, приехав в Москву, вы решили попробовать себя на актерском поприще и поступили во ВГИК без всякого блата, а когда окончили его, то вам было уже 28 лет, то есть надо было спешить, поскольку молодость быстро проходит…

– Конечно, меня это сильно пугало, рождало неуверенность в себе.

– Вы посещали кастинги, или роли в кино сами шли к вам в руки?

– Кастинги всегда ненавидела и ненавижу до сих пор, потому что проявить себя на них по-настоящему невозможно. Боюсь их так же безумно, как экзамены.

– А к Эльдару Рязанову на фильм «Андерсен. Жизнь без любви» вы попали благодаря рекомендации или все-таки после кастинга?

– С Эльдаром Александровичем у меня произошла удивительная история. Я пришла на «Мосфильм», и он сказал: «Привет! Проходи». И уже через несколько минут мне казалось, что я знаю его сто лет и снялась во всех его фильмах. Это уникальный человек, неуемной творческой энергии, доброты и нежного отношения ко всем. Я преклоняюсь перед ним и боготворю его. При этом не могу сказать, что съемки были легкими, но у Рязанова есть одно неоценимое качество: он никогда не отказывается от того, что ему предлагают артисты, подхватывает любую фантазию, любит импровизации.

– Да и актерская группа в этом фильме была довольно сильная…

– Конечно. И Олег Табаков, и Андрей Толубеев. Когда Андрей входил в кадр и превращался в другого человека – я вздрагивала от неожиданности, и каждый раз поражалась: неужели так можно играть?! Разговаривая с ним в гримерке, я всегда обращала внимание на его глаза: такие нежные и немного растерянные, как у человека, который очень аккуратно и осторожно живет, боясь наступить на цветок.

– Скажите, Елена Олеговна, а партнерство с такой выдающейся актрисой, как Марина Неелова в новом спектакле «Осенняя соната», что-то вам дало в плане ремесла?

– Для меня это была очень серьезная школа. Ведь любой актер многое постигает на практике и оттого, какие у него партнеры, сам совершенствуется. Мне в этом смысле сильно повезло. Ведь только представьте: я работала с такими замечательными мастерами, как Алиса Фрейндлих, Евгений Миронов, Богдан Ступка, не говоря уже о ведущих актерах «Современника».

– Кажется, скоро выйдет на экраны многосерийный телефильм «Однажды в Ростове», где вы тоже играли. О чем он?

– Снимал этот фильм замечательный режиссер Константин Худяков, с которым я работала, кажется, в шести картинах, включая «На Верхней Масловке». Когда-то в Ростове было раскрыто громкое дело братьев Толстопятовых, грабивших банки, один из них был не просто бандитом, а невероятно одаренным человеком с колоссальной фантазией. Моя героиня тоже находилась в этой банде, любила одного брата, а вышла замуж за другого и служила певицей в местном кинотеатре.

– Вы поете сами?

– Да. Ради этого брала уроки вокала, изучала манеру пения 50–60-х годов и так далее.

– А занятие балетом в детстве помогало вам в профессии?

– Балетом я не занималась, просто придумывала для себя какие-то танцы, выступала перед гостями и мечтала стать балериной.

– Тогда, может быть, скажете, зачем вам понадобилось участвовать в шоу «Ледниковый период» 2008 и 2009 годов?

– Коньки – это моя вторая страсть. Вначале боялась заниматься фигурным катанием из-за травм, и когда мне предложили участвовать в ледовом шоу, то я колебалась, даже пряталась, на два дня отключала телефон. Но потом решилась и два сезона откаталась на коньках. И теперь, представьте, иногда хожу на тренировки к моей подруге Марии Орловой, и с удовольствием с ней занимаюсь. К моему ужасу оказалось, что я очень многое люблю. Если бы смогла, то рисовала бы картины…

– Выходит, вы жадный человек до всего нового?

– Наверное…

– А какие отношения с уже взрослым сыном? Он по характеру похож на вас?

– Мы хорошо понимаем друг друга. Несомненно, он что-то взял от меня, например, самостоятельность, поскольку живет в Москве отдельно от меня. В общем, нам есть о чем поговорить…

– Какие новые фильмы произвели на вас большое впечатление?

– «Фауст» Сокурова.

– За современной литературой следите? Успеваете читать?

– Я читаю очень странно. Могу что-то в Интернете интересное найти и уже не оторвусь…

– Ну а ежели вам предлагают сценарий, который не нравится, вы отказываетесь сниматься?

– Да!

– Сценарий так же важен, как и режиссер?

– С режиссерами сейчас разобраться очень трудно. Я запуталась и не всегда могу определить хороший режиссер или слабый.

– Но в театре вы не имеете права выбирать. Что вам дают, то и должны играть: нравится или не нравится…

– Пока мне везет. Все, что предлагают, – мне интересно.

– В спектакле «Враги. История любви» вы играете польскую эмигрантку, ну а в жизни можете представить себя в эмиграции?

– Ни в коем случае! Бывая за границей, в той же Италии, Греции, Франции, я пыталась вообразить, где бы могла жить, но в конце концов понимала – больше месяца не выдержала бы. Мне вообще кажется, что, находясь в Москве, я по-прежнему живу в Сибири. Я постоянно чувствую себя человеком оттуда. Не могу этого объяснить словами, но во мне всегда сидит самое первое, то, с чего все начиналось.

– Москва вас больше не утомляет?

– Да нет. Уже привыкла, хотя это город непростых людей.

– Вы бы пошли на Болотную площадь, если бы туда позвали?

– Нет, потому что не верю ни в какие митинги, тем более в то, что они могут что-то изменить в нашей жизни.

Темы: бабенко


Общество Шеф-редактор журнала Мазурин и его коммерческие коллеги доигрались до уголовки? Шеф-редактор журнала Мазурин и его коммерческие коллеги доигрались до уголовки?

Как сообщили сегодня несколько телеграмм-каналов, в редакции российского "Форбс" проходят обыски в рамках расследования возможного дела, возбужденного по статье о мошенничестве.

Культура Кому достанется статуэтка Арлекина и денежная премия. Кому достанется статуэтка Арлекина и денежная премия.

16 ноября на сцене Российского академического молодежного театра состоится награждение лауреатов "Биеннале театрального искусства. Уроки режиссуры".

Спорт Колобков рассказал об итогах проверки московской антидопинговой лаборатории Колобков рассказал об итогах проверки московской антидопинговой лаборатории

Эксперты, которые изучали ситуацию вокруг московской антидопинговой лаборатории, не нашли подтверждений тому, что результаты тестов удаляли. Об этом сообщил министр спорта России Павел Колобков.