20 ноября 2012, 13:45, Валерий АСРИЯН

Гроссмейстер Евгений Васюков запросто обыгрывал великого Бобби Фишера

Баку, ноябрь 1961 года. В лучшем тогда киноконцертном зале города проходит мужской чемпионат СССР по шахматам, вызвавший небывалый интерес у бакинцев, впервые получивших возможность наблюдать за игрой Таля, Смыслова, Кереса, Спасского, Бронштейна,

Гроссмейстер Евгений Васюков запросто обыгрывал великого Бобби Фишера

Я, в ту пору студент-второкурсник, начинающий шахматист, с удовольствием и некоторым удивлением наблюдаю за игрой Васюкова, который в итоге делит с Михаилом Талем, еще полгода назад носившим титул шахматного «короля», 4–5-е места. Еще большее удивление вызывает у меня мастерство Васюкова в молниеносной игре, которое он демонстрирует в один из свободных дней, когда несколько участников на моих глазах развлекаются «блицем». Васюков выигрывает одну партию за другой, в том числе у самого Таля! Мне и невдомек, что у него репутация одного из лучших в стране блицеров, и он уже несколько раз выигрывал чемпионаты Москвы по молниеносной игре, собирающие, как правило, очень сильный состав. Пройдут годы, и я узнаю о том, что именно Евгения Васюкова и Тиграна Петросяна срочно пригласили в 1958 году в Центральный шахматный клуб на Гоголевском бульваре, когда в Москву приехал перед межзональным турниром в Портороже 15 летний Роберт Фишер и стал обыгрывать в блиц всех московских мастеров.

– Как это было, Евгений Андреевич? – с этого вопроса началось мое интервью с гроссмейстером Васюковым.

– Действительно, мне неожиданно позвонили из шахматного клуба и сказали, что «этот американский вундеркинд разносит здесь в пух и прах всех наших мастеров и что я должен срочно приехать, чтобы «поставить его на место», поддержать честь столицы». Срочно вызвали в клуб и Тиграна Вартановича Петросяна, тогда уже входившего в число лучших шахматистов страны и слывшего замечательным мастером «блица». Мы с Петросяном приехали и впервые увидели Фишера. Он и тогда играл уже здорово, что вскоре подтвердил и в межзональном турнире, где поделил 5–6-е места с Олафссоном и уверенно вышел в турнир претендентов. Так что ничего удивительного в том, что он громил всех в клубе на Гоголевском бульваре, не было. Нам с Петросяном удалось все же справиться с американцем. Я поначалу уступал ему, но потом перехватил инициативу, как говорится,«поймал игру» и добился ощутимого перевеса в счете. В «плюсе» оказался и Тигран Вартанович. Конечно, огромный талант «мальчика из Бруклина» бросался в глаза, и все же мы тогда не могли предполагать, что спустя 13 лет он отнимет у нашей страны шахматную корону, а за год до этого покажет суперкласс в чемпионате мира по «блицу», организованном в Югославии после матча сборной СССР со сборной мира. В этом турнире Фишер, как известно, набрал 19 очков из 22 и на 4,5 (!) очка опередил занявшего второе место Таля.

– С той встречи с американским гостем на Гоголевском бульваре вы стали специалистом по Фишеру?

– Специалистом, если можно употребить это слово, я стал, пожалуй, только через 4 года, когда перед турниром претендентов на острове Кюрасао я получил задание подготовить для советских участников – Петросяна, Таля, Кереса, Геллера и Корчного – подробный отчет о творчестве Фишера, его шахматных вкусах, любимых построениях. Кстати, когда я по долгу службы изучал творчество американца, выяснилось, что он играет некоторые из тех систем, которые давно использую и я, например, вариант Созина в сицилианской защите. Между прочим, Фишер с удивительным постоянством играл этот вариант всю жизнь, отказавшись от него только тогда, когда Спасский в четвертой партии их матча на первенство мира применил новинку – жертву пешки, дающую черным отличную игру.

Так вот при подготовке наших гроссмейстеров к турниру претендентов 1962 года я показал им новую интересную идею, найденную мной за черных в одном из вариантов защиты Уфимцева, который любил играть Фишер. Новинка очень понравилась Корчному. «Вот это специально для меня», – обрадовался он. И что вы думаете? Уже в первой же встрече с Фишером на Кюрасао Корчной поймал его на подготовленный мной вариант и победил. Жаль только, что меня там в это время не было. Я должен был поехать на Кюрасао, но в последний момент поездка сорвалась.

– Следующая ваша встреча с Фишером состоялась в 1967 году, не так ли?

– Да, это было на межзональном турнире в тунисском городе Сусе, на котором я был в качестве тренера Корчного. Фишер, к сожалению, не доиграл этот турнир до конца, выбыв из него, когда первое место было ему практически обеспечено. Но партию с Корчным он успел сыграть. Мы тщательно готовились к ней, остановив свой дебютный выбор (Корчной играл белыми) на английском начале. Партия получилась очень боевой, интересной. В итоге при доигрывании на 50-м ходу была зафиксирована ничья.

– У вас были еще две встречи с Фишером. В 1970 году на Мальорке во время межзонального турнира, куда вы поехали тренером Марка Тайманова, и в 1971-м в Ванкувере, где проходил четвертьфинальный претендентский матч Фишер – Тайманов. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этом нашумевшем матче, имевшем тогда исключительный резонанс.

– Ну, во-первых, о том, как я стал тренером Тайманова. В 1968 году мы с Марком вместе играли в международном турнире в Рейкьявике, в котором, кстати, разделили 1–2-е места, набрав 10,5 очка из 15. Там, в Исландии, мы сблизились, у нас установились добрые, приятельские отношения. И перед началом чемпионата СССР 1969 года, по итогам которого отбирались участники предстоящего на Мальорке межзонального турнира, мы с Марком договорились о том, что тот из нас, кто попадет в межзональный, возьмет с собой другого в качестве тренера. Успех сопутствовал Тайманову, выигравшему в последнем туре головоломную партию у Лутикова, и мы вместе поехали на Мальорку. И там Тайманов выступил удачно, разделил 5-6-е места с Ульманом и получил право играть в претендентских матчах. И надо же, по жребию ему выпало играть в четвертьфинале с Фишером, который показал на Мальорке блестящий результат – 18, 5 очка из 23 и легко занял первое место, опередив на 3,5 очка разделивших 2–3-е места Геллера и Ларсена.

Теперь предстояло тяжелейшее испытание – матч с Фишером в Ванкувере. Готовились мы к нему очень добросовестно, проанализировав 500 партий американца. На основе этого материала был составлен творческий портрет Фишера. Характеристика, которую мы ему дали, получила одобрение Ботвинника, который назвал ее глубокой и правильной. Словом, я считаю, что подготовлен Тайманов к матчу был хорошо. Поехали в Канаду вместе с Таймановым я как секундант и в качестве тренера Юрий Балашов, который специально изучал в университете творчество Фишера. Руководителем делегации был гроссмейстер Александр Котов.

Начался матч. Первую партию Тайманов проиграл, вторая была отложена в плохой позиции. Но при доигрывании мы поймали Фишера на одну уловку, и партия была вновь отложена, на этот раз в абсолютно ничейной позиции. Настал день третьей партии. Я при подготовке к ней нашел усиление в том варианте староиндийской защиты, которой играет Фишер. И Тайманов, применив это усиление, получил прекрасную позицию. Мы видим за Марком практически нокаутирующий ход, но идет время, а он его не делает. В конце концов, утомленный расчетом сложных вариантов, Тайманов делает плохой ход, Фишер перехватывает инициативу и выигрывает партию. Тайманов был настолько удручен этим поражением, что при доигрывании второй партии допустил грубейшую ошибку и проиграл. Счет стал 0:3. А дальше пошла игра в одни ворота. Фишер с каждой партией играл все лучше, да еще Тайманов при доигрывании пятой партии подставил в ничейной позиции целую ладью. В итоге «сухой» счет – 0:6. Почему это случилось? Ну, конечно, Фишер был гораздо сильнее, но, как он сам сказал, итоговый счет не соответствует действительному соотношению сил. Тайманов должен был проиграть, но не с таким сокрушительным счетом.

Далеко не последнюю роль в этом фиаско сыграло плохое питание Тайманова в ходе матча, из-за которого он просто физически не выдерживал нагрузки.

А питался он плохо потому, что хотел сэкономить валюту, чтобы купить какие-то вещи, которые он не мог приобрести в СССР. Зная, что Тайманов отличается завидным аппетитом, я обратил внимание на то, что он плохо ест, и сказал ему, что экономить на еде не надо, питание должно быть полноценным, это очень важно для того, чтобы выдержать пятичасовое напряжение в ходе партии. Благо мы, члены делегации, получали от Спорткомитета СССР нормальные по тем временам суточные – по 11 долларов США, а Тайманов получал еще больше от организатора матча миллионера Прентиса, и можно было питаться как следует, ни в чем себе не отказывая. Но он меня не слушал и продолжал экономить. За весь матч так ни разу и не побывал в ресторане, расположенном в нашем пятизвездочном отеле этажом ниже. Мы с Балашовым, имея в номере кухню, покупали всевозможные продукты в супермаркете и подкармливали не в меру экономного Марка. Абсурдно? Да, но, к сожалению, это было.

– Вы знаете, нисколько не оправдывая Тайманова, хочу заметить, что в советское время было принято экономить валюту за рубежом за счет питания. В воспоминаниях известного авиаконструктора Александра Яковлева есть интересный эпизод. Яковлев перед поездкой в составе советской делегации в Германию в 1940 году просит Сталина увеличить суточные, чтобы люди не экономили на питании и тем самым не компрометировали себя в глазах иностранцев. Сталин спросил, а почему они экономят. Яковлев объяснил, что они поступают так, чтобы сделать разные покупки. Сталин все понял и сразу же дал указание наркому внешней торговли Микояну об увеличении суточных членам делегации.

– Но у нас-то суточные были очень приличные, а у Марка тем более. И потом, разве можно было думать о покупках во время столь ответственного матча? В Москве, конечно, были ошеломлены тем, что произошло в Ванкувере. Председатель Шахматной федерации СССР Дмитрий Постников на специальном заседании федерации с участием всех ведущих наших гроссмейстеров назвал фиаско Тайманова самым позорным поражением советских шахматистов. Виктор Батуринский, обращаясь к тренерам, сказал: «Где же ваша работа?» За нас вступился Пауль Керес, который высоко оценил нашу работу по подготовке Тайманова к матчу. Кереса поддержали и другие выступавшие. Это смягчило накал страстей, и мы избежали разгромной критики. Ну а когда и Ларсен проиграл Фишеру со счетом 0:6, и мы – тренеры, и сам Тайманов и вовсе были «реабилитированы». Ну у Тайманова еще были неприятности, связанные с попыткой провоза в СССР книги Солженицына, но это уже к шахматам никакого отношения не имеет. После Ванкувера мы с Марком больше не сотрудничали. На межзональном турнире 1973 года в Петрополисе я помогал Давиду Бронштейну, а спустя три года на межзональном в Биле – Ефиму Геллеру. А с Фишером я встретился в последний раз в 1996 году в Будапеште во время празднования 85-летия Андрэ Лилиенталя. Фишер из всех многочисленных гостей Лилиенталя, приехавших из разных стран, выразил желание пообщаться только со мной, и мне это было, конечно, очень приятно. Фишер пригласил меня на ужин в китайский ресторан, и мы приятно провели время, вспоминая многое, в том числе и ту первую нашу встречу в клубе на Гоголевском бульваре в 1958 году, ставшую началом нашего знакомства. Жаль, что этот выдающийся шахматист слишком рано ушел и из шахмат, и из жизни.

– В конце 70-х годов вас привлек к сотрудничеству Анатолий Карпов?

– Да, я был в составе тренерской группы Карпова и по договоренности с ним должен был поехать в 1978 году в Багио примерно через неделю-две после начала матча с Корчным. Об этом драматическом поединке в свое время было написано очень много, так что подробно рассказывать не буду. Скажу только, что начало его сложилось удачно для Карпова. Он выиграл при доигрывании сразу две отложенные партии – тринадцатую и четырнадцатую, причем в первой из них имел плохую позицию, и повел в счете – 3:1. И мне предложили пока не ехать в Багио, а отправиться в Индию на турнир, в котором я занял первое место. А в Багио меня послали на финише матча, в самый тяжелый для Карпова момент. Когда счет сравнялся, и вся наша делегация страшно волновалась. Но Карпов держался очень мужественно. Руководитель нашей делегации Батуринский спросил меня, как я думаю, что надо сделать, чтобы встряхнуть Карпова. Я ответил, что, может быть, стоит взять тайм-аут и отвезти его в Манилу на финальный матч баскетбольного чемпионата мира СССР – Югославия (а я как раз летел на Филиппины с нашими баскетболистами), а мы тем временем подработаем дебютную систему, в которой у Анатолия были проблемы. Батуринскому идея понравилась, а еще раньше я познакомил с ней Виталия Севастьянова, тогдашнего председателя Шахматной федерации СССР. Севастьянов взялся за дело и уговорил Карпова поехать на автомобиле по горной дороге в Манилу, и это путешествие очень помогло чемпиону мира. Он отвлекся, болея за нашу сборную, которая, правда, проиграла одно очко, сбросил с себя груз переживаний от последних неудач и вышел на решающую партию предельно собранным. Итог известен – Карпов победил и сохранил чемпионский титул.

А потом я помогал Карпову в первых двух его матчах с Каспаровым. Конечно, Анатолий обязан был выигрывать первый, безлимитный матч, в котором имел поначалу огромное преимущество, но напрасно затянул его в надежде на «сухую» победу. Ее не получилось, а на финише чемпион мира устал и никак не мог добыть решающее шестое очко. Матч был, как известно, прерван по решению президента ФИДЕ Флоренсио Кампоманеса при счете 5:3 в пользу Карпова. Чемпион мира был не согласен с прекращением матча, протестовал, но безуспешно. Пришлось играть новый матч. Он сложился уже совсем по-другому. Каспаров набрался опыта в ходе первого матча и играл очень хорошо. Перед последней партией он лидировал – 12:11. И все же Карпов мог сохранить за собой звание чемпиона. В решающей 24-й партии он применил найденную мной новую идею в одном из вариантов сицилианской защиты и получил сильную, трудноотразимую атаку, но ошибся и проиграл. Позже Каспаров и его тренер Никитин доказывали, что черные могли успешно защититься даже при сильнейшем продолжении атаки. Может быть, теоретически это и так. Но практически, в условиях играющейся партии, надвигающегося цейтнота защита была сопряжена с очень большими трудностями, и найти единственные спасающие ходы было крайне тяжело.

– Вы и сейчас играете, не так ли?

– Играю в ветеранских соревнованиях. В 1995 году выиграл чемпионат мира среди сеньоров – шахматистов не моложе 60 лет. Восемь раз выигрывал в составе сборной России командные чемпионаты Европы среди сеньоров, последний из них совсем недавно. Пока есть силы и желание играть, буду садиться за доску. Мне, правда, уже 79, но любви к шахматам все возрасты покорны.


Политика Небензя назвал цели указа о гражданстве для жителей ДНР и ЛНР Небензя назвал цели указа о гражданстве для жителей ДНР и ЛНР

Постпред России при ООН Василий Небензя заявил на заседании Совбеза, что необходимость механизма упрощенного предоставления российского гражданства жителям отдельных районов Луганской и Донецкой продиктована тем, что у них из-за действий Киева сложились невыносимые условия жизни.

В мире Савченко сравнила российскую и украинскую тюрьмы Савченко сравнила российскую и украинскую тюрьмы

Депутат Верховной рады Надежда Савченко, обвиняемая в подготовке терактов в центре Киева, рассказала, в какой тюрьме ей было сложнее — российской или украинской.

Экономика Банки России будут использовать децентрализованные системы Банки России будут использовать децентрализованные системы

В пресс-релизе Ассоциации "Финтех" сообщается о том, что полномасштабный запуск децентрализованной депозитарной системы (ДДС) учета закладных на Мастерчейне запланирован на начало лета текущего года.


Общество “Когда убьют - тогда и приходите” “Когда убьют - тогда и приходите”

Все наверное неоднократно слышали о том, как участников митингов грузят пачками в автозак и закрывают на 15 суток просто за присутствие на митинге, но не всегда наша доблестная полиция действует так оперативно. Беда в том, что на задержание подростка, сделавшего репост или поставившего лайк во Vkontakte, могут выехать целой группой захвата с автоматами, а на просьбу о защите и помощи реагируют далеко не всегда. Бездействие правоохранителей и неготовность их вникать в ситуацию привели к тому, что

Культура Страх и ненависть: "Эпидемия" накрыла столицу Страх и ненависть: "Эпидемия" накрыла столицу

Конкурсный фильм Павла Костомарова "Эпидемия. Вонгозеро" – объемная метафора современной российской реальности, в которой с ползуче распространяется вирус жестокости и агрессии.

Спорт Рауш в матче с "Зенитом" играть не будет Рауш в матче с "Зенитом" играть не будет

Завтра в Санкт-Петербурге состоится матч "Зенит" — "Динамо". Однако, вряд ли фанаты смогут увидеть на поле защитника Константина Рауша.