3 декабря 2012, 10:56, Антонина КРЮКОВА

Возвращение «белютинцев»

В Манеже состоялось открытие выставки, посвященной 50-летию события, ставшего едва ли не главным в истории отношений советской власти и творческой интеллигенции и положившего конец оттепели, наступившей после разоблачения культа личности Сталина н

Возвращение «белютинцев»

Это юбилейное событие – скандальная Манежная выставка художников-авангардистов экспериментальной студии живописи и графики «Новая реальность», которой руководил Элий Белютин. Поначалу выставка в Манеже под названием «30 лет МОСХ» включала в себя произведения официальных живописцев, отменно вымуштрованных в Московском отделении Союза художников СССР, но буквально за одну ночь туда перевезли работы «белютинцев», накануне выставлявшихся в одном из залов Дома учителя на Большой коммунистической, 9 (ныне – улица Александра Солженицына), где студия арендовала помещение для занятий. На открытии этой выставки присутствовали иностранные журналисты и американское ТВ, зарубежная пресса много писала о ней, был снят фильм, который через несколько дней показали по западному телевидению. Учитывая этот резонанс, некоторые либеральные чиновники Министерства культуры и академики-сталинисты МОСХа с провокационной целью предложили Белютину повесить полотна молодых экспериментаторов, а также картины «небелютинцев», давно обвиненных в формализме Штеренберга, Древина, Фалька, Эрнста Неизвестного, Юрия Соболева, Юло Соостера, Владимира Янкилевского, на втором этаже той самой выставки в Манеже, посвященной 30-летию МОСХА, якобы для узкого круга зрителей. И не ошиблись в своих расчетах.

Славу Манежной выставке 1962 года обеспечил Никита Хрущев, появившийся утром 1 декабря на пороге зала. Поначалу первый секретарь ЦК партии и глава правительства довольно спокойно рассматривал экспозицию. За годы пребывания у власти он не раз бывал на выставках и привык к тому, как по единожды отработанной схеме располагались на них работы. Но на этот раз экспозиция была иной. Речь шла об истории московской живописи, и среди картин были те самые, которые Хрущев сам запрещал еще в 1930-х годах. Он мог бы и не обратить на них особого внимания, если бы секретарь Союза художников СССР Владимир Серов, известный сериями картин о Ленине, не стал говорить о полотнах Роберта Фалька, Владимира Татлина, Александра Древина, называя их мазней, за которую музеи платят огромные деньги трудящихся. Хрущев, ничего не понимавший в искусстве и окруженный подобострастно хихикающей свитой, шествуя от картины к картине, был вне себя. «Глядя на вашу мазню, – неистовствовал он, обращаясь к художникам, – можно подумать, что все вы педерасты! А у нас за это десять лет дают… Не искусство, а … твою мать!» Серов поддакивал из-за его плеча: «Истинно ленинские слова! Истинно ленинские слова!» Невежественный глава государства пустил в разнос картины Роберта Фалька, Николая Андронова, Павла Никонова, а попутно и полотна «белютинцев», но больше других досталось фронтовику, скульптору Эрнсту Неизвестному, который пытался защитить свою «фабрику уродов» и урезонить сверх всякой меры возбудившегося Хрущева, даже плюнувшего на картину «Карьер» Леонида Мечникова. В заключение Хрущев кричал, что всех этих художников надо выслать из страны, посоветовав модернистам убираться на Запад.

После высочайшего разноса, устроенного первым лицом страны в Манеже, весть о том, что стало с советскими абстракционистами, облетела весь мир. Однако, несмотря на это, неофициальное искусство в СССР, не вписывающееся в рамки соцреализма, не то чтобы стало существовать на полулегальном положении, но ушло в глубокое подполье, и многие художники-нонконформисты действительно вынуждены были уехать за границу. Кроме того, разнос в Манеже положил начало целой серии «воспитательных» встреч с творческой интеллигенцией, борьба с абстракционизмом стала новым витком прежней борьбы с формализмом, а «оттепельное» время, позволившее художникам несколько лет дышать свободно, просто закончилось. Следующая знаменитая выставка неофициальных художников в СССР состоялась в сентябре 1974 года и вошла в историю под названием «бульдозерной».

Элий Белютин до конца 1990-го оставался «невыездным», хотя все годы за рубежом шли, сменяя одна другую, его персональные выставки. В 2001 году в связи с юбилеем указом президента РФ Владимира Путина «за многолетнюю плодотворную деятельность в области культуры и искусства, большой вклад в укреплении дружбы и сотрудничества между народами» профессор Белютин был награжден орденом Почета. Он скончался в Москве, на 86-м году жизни.

Нынешняя выставка, открывшаяся в Манеже по случаю 50-летия события, ставшего для истории неофициального искусства знаковым, реконструирует идеи Белютина. Как и полвека назад, павильон, где располагается экспозиция, разделен на три небольшие части. В одной можно познакомиться с документами, фотографиями, дневниками, биографиями участников выставки – Леонида Рабичева, Веры Преображенской, Майи Филипповой, Инны Шмелевой, Бориса Жутовского. В следующей висят картины, побывавшие тогда в Манеже, те же, следы которых не удалось найти, воспроизведены на слайдах. А на фасадной стене, на выходе из павильона, остались тени художников с показа 1962 года. Сегодня трудно понять, что вызвало тогда гнев Хрущева. Но страшно подумать о том, как воинствующее невежество, находящееся у власти, способно ломать людские судьбы. Вот от этого никто не застрахован.



Спорт Овечкин о драке со Свечниковым: он вызвал меня на поединок, я ответил Овечкин о драке со Свечниковым: он вызвал меня на поединок, я ответил

Напомним, что нападающий "Вашингтон Кэпиталз" Александр Овечкин на одиннадцатой минуте матча с "Каролиной Хэррикейнз" подрался с игроком этой команды, Андреем Свечниковым.