31 января 2013, 12:46, Беседу вела Ангелина ХРИСТЮК

Ольга КАБО ко дню рождения подарила себе премьеру

28 января актрисе театра и кино Ольге КАБО исполнилось 45 лет, а 2 февраля в Московском Доме музыки состоится премьера спектакля «Я искала тебя...». Эта третья серьезная работа, в которой она обращается к русской поэзии, посвящена Марине Цветаево

Ольга КАБО ко дню рождения подарила себе премьеру

– Ольга, объясните, какая поэзия вам ближе: Марины Цветаевой или Анны Ахматовой?

– Не могу ответить однозначно. Если Ахматова гармонична во всех своих трагических проявлениях, то Цветаеву окружает трагическая дисгармония. Что касается слога, то мне гораздо легче работать со стихами Анны Андреевны, я запоминаю их легко, а вот с Мариной Ивановной приходится много трудиться! Мы с режиссером спектакля Юлией Жженовой буквально «препарировали» цветаевские строки, выстраивая «кардиограмму» ее неспокойной рифмы. Только на родной земле Марина чувствовала себя по-настоящему русским человеком, только здесь могла черпать силы для творчества. Но к России относилась с «нежной горечью». Во многих ее стихах их эмиграции звучит тема тоски по Родине, и есть множество пророчеств, как будто видит все, что ждет ее детей в будущем. Например, Марина заведомо обрекает и Ариадну, и Георгия на расставание с Россией, а в то же время передает им беззаветную любовь к Родине, к русской земле:

– Маленькую Алю Эфрон называли вундеркиндом. Знакомые Марины Ивановны вспоминали, что она гордилась своей дочерью, пока та была вундеркиндом, а потом, когда Аля уже не так сильно удивляла, – несколько охладела к ней... Затронута ли эта тема в вашем спектакле?

– Связь Марины и Али была неразрывна в течение всей жизни Цветаевой, а после смерти мамы уже взрослая Ариадна признается: «Во всей своей жизни, сколько я себя помню, у меня была одна любовь – Она (мама). Ни отца, ни брата, ни мужа я так не любила, а детей у меня не было и не будет...» И опять же цитирую Эфрон: «Мама всегда любила меня, но это всегда была любовь яростная и героическая. Ее любовь требовала такого же абсолютного служения...» Думаю, признания дочери поэта уже ответили на ваш вопрос!

– Сестра Цветаевой Анастасия Ивановна писала в своей книге «Воспоминаний», что Марина культивировала в детях талант, а не доброту, потому что превозносила талант человека выше его душевных качеств...

– У сестер Цветаевых были очень непростые отношения. Думаю, что Анастасия Ивановна слишком предвзято оценивала Маринино отношение к детям, в то время как сама Марина Ивановна сразу после рождения Мура пишет: «Буду любить его, каким бы он ни был. Не за дарование, не за сходство, не за красоту, за то, что он есть!..»

– Белла Ахмадулина однажды сказала, что «красота Марины Цветаевой – больше, чем красота...». Ариадна Эфрон была невероятной красавицей – идеалом красоты, совершенством... На ваш взгляд, красота дается человеку как дар или как испытание?

– Николай Заболоцкий в своих стихах рассуждает о том, что есть истинная красота: «...Сосуд она, в котором пустота, Или огонь, мерцающий в сосуде?..» Тот огонь, который жил в стихах Цветаевой, всегда страстных и откровенных, делает ее невероятно красивой! «Искры» ее поэзии пронзают душу и отрывают от действительности. Именно поэтому права Марина Ивановна была, когда напророчила самой себе: «Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черед!»

– Вы играете в спектаклях о любви, снимаетесь в фильмах о любви, читаете стихи о любви. Как, по-вашему, распознать настоящую любовь?

– Я верю в любовь, и даже в любовь с первого взгляда, только любовь способна творить чудеса. Я говорю о любви всеобъемлющей: к детям, родителям, мужчинам, природе, жизни. Для меня это великая радость и огромный труд, это творчество и самоотдача. Любовь не приемлет равнодушия и жестокости, она приходит только в сердца одухотворенные и благородные... Анна Ахматова сказала как-то: «Нет любви несчастной, есть любовь неразделенная...» Конечно, тяжело чувствовать себя отвергнутой, но жизнь продолжается, и надо вновь после разрыва жить и идти дальше. В работе над спектаклем «Любил... Что знаешь ты об этом?» я познакомилась с творчеством прекрасной поэтессы Серебряного века Марии Петровых. Она моложе Цветаевой и Ахматовой, но ее слова стремительно преодолевают рубежи веков и врываются в нашу жизнь смело и дерзко. «Люби меня! Я тьма кромешная! Слепая, путаная, грешная... Но ведь кому, как не тебе, любить меня – судьба к судьбе!..» Или «Я равна для тебя нулю! Что о том толковать, уж ладно... Все равно я тебя люблю восхищенно и беспощадно!»... Как сильно и как эмоционально!

– Родители воспитывали вас в строгости?

– Я благодарна родителям за то, что с детства учили меня думать, анализировать жизненные ситуации, события. Я тоже пытаюсь быть мудрой мамой и говорить с дочерью обо всем, называя вещи своими именами и стараясь доходчиво отвечать на все ее вопросы. У нас нет запретных тем. Мне кажется, главное в воспитании детей – быть просто честными во всем и всегда, и тогда, может, неискушенные сердца откроются и впитают то, что мы, взрослые, хотим «вложить» в них.

– Вы помните своего деда? Каким он был человеком?

– К сожалению, своего дедушку, отца моего папы, я никогда не видела, он умер задолго до моего рождения. Так что знаю о нем только со слов отца. Но, прошу вас, не верьте Интернету, который приписывает мне в деды Якова Соломоновича Кабо, моего настоящего деда звали Яков Семенович. И он никогда не был видным партийным деятелем на Украине, а был простым комсомольским работником. Да, действительно, в 1937 году дедушка был репрессирован и сослан в Магадан без права выезда в центральные районы страны. В ссылке он встретил Марину Антоновну, мою бабушку, и, выйдя из лагеря, они поженились, а в 1945 году родился мой отец, Игорь Яковлевич Кабо. В 1955 году бабушку и деда реабилитировали, и вся наша семья вернулась в Москву, но через год дедушка скончался. А свое детство я провела с бабушкой Марией Николаевной, мамой моей мамы. До 5 лет жила с ней в поселке Нейво-Шайтанском Свердловской области. Мои родители тогда только окончили институт, и им нужно было время, чтобы встать на ноги.

м– Как я знаю, вы часто приезжаете на Украину, снимаетесь там. Наверное, любите эту страну, и ее судьба вам не безразлична?

– Считаю Украину, в частности Одессу, своей кинематографической родиной. Ведь свои самые первые шаги в кино я сделала на Одесской киностудии! Это была картина Ярослава Лупия «И повторится все...» И повторилось! Опять в Одессе – в фильмах «Миллион в брачной корзине» Шиловского, «Приморский бульвар» Полынникова, «Мушкетеры 20 лет спустя» Хилькевича... А в последние годы я часто сотрудничала с Оксаной Байрак, мы сделали вместе 5 картин («Тебе, настоящему», «Летучая мышь», «Хочу ребенка»). Она непредсказуемая и очень талантливая. Работать с Оксаной очень комфортно! Кстати, «Летучую мышь» мы снимали во время «оранжевой революции». Пробирались на студию переулками, петляя между палатками и транспарантами. Мои родители очень волновались, что я работаю в «горячей точке»! Но они зря тревожились, я была в надежной компании прекрасных мужчин: Николая Караченцова (роль графа Орловского стала его последней ролью перед аварией), Дмитрия Харатьяна, Дмитрия Дюжева, Алексея Кравченко. Чем не достойные защитники! Я обожаю Киев, особенно весной, когда цветут каштаны... Мне нравится украинская кухня: разнообразные вареники, борщ с пампушками, а домой в качестве сувенира всегда привожу киевский торт. И потом люди там красивые, веселые, гостеприимные. С ними легко и спокойно.

– Почему, будучи выпускницей ВГИКа и весьма востребованной актрисой, вы решили поступить на исторический факультет МГУ?

– Поступила в МГУ, когда была в положении и носила Танечку. Ведь говорят, что беременная женщина должна любоваться прекрасным, вот я и решила заполнить паузу в работе изучением истории искусств! Посещала выставки, ходила по музеям, листала красивые альбомы, изучала живопись и архитектуру. Таня сейчас учится в 10-м классе.

– Помните момент, когда решили стать актрисой? Родители не отговаривали от этого выбора?

– Попав в 15 лет на съемочную площадку (фильм «И повторится все»), мне показалось, что профессия сама меня нашла! Это было чудо! После первого же съемочного дня поняла, что буду актрисой! И ни разу в жизни не пожалела о своем выборе. А родители меня всю жизнь поддерживали во всех моих начинаниях. Они верили в меня, верили мне и, главное, научили меня верить в себя, а это самое главное в любом деле!

– Вы окончили Школу при Щепкинском училище, но больше всего хотели поступить во ВГИК, на курс Сергея Бондарчука и Ирины Скобцевой. Почему?

– Сергей Бондарчук всегда был моим любимым режиссером, я знала все его фильмы, могла проиграть все роли из его картин... Поэтому, когда узнала, что Бондарчук набирает курс, – тотчас принесла документы во ВГИК. А мастер тоже что-то во мне увидел, потому что уже после первого тура принял в свой класс! С Федором Бондарчуком мы учились параллельно, только он на режиссерском отделении, мы много общались во время учебы, но никогда не были близкими друзьями. Помню, после показов и экзаменов Федя прибегал к нам в мастерскую и рассказывал, что родители говорили дома о каждом из нас. Так что в семье великих учителей у нас был свой агент. С удовольствием бы согласилась сняться в его фильме или просто поработать с ним, как с партнером.

– После окончания ВГИКа показывались в какие-то театры?

– Почти сразу после окончания ВГИКа режиссер Леонид Хейфец пригласил меня на роль Нины Арбениной в спектакле «Маскарад», который он ставил на сцене Театра Российской армии. Нина – моя первая театральная роль. И на 10 лет ЦАТРА стал для меня домом, где я сыграла Беатриче в «Много шума из ничего», Дездемону в «Отелло», Веру Филипповну в «Сердце не камень». Я благодарна Леониду Хейфецу, Борису Морозову и всем партнерам из Театра армии, что они приняли меня в свою театральную семью и многому научили. Но в 2000 году Павел Хомский пригласил меня на роль Роксаны в спектакль «Сирано де Бержерак». И через год после премьеры я перешла в труппу Моссовета, где и служу до сих пор.

– Скажите, в «Тайне Снежной королевы» вы играете заглавную роль?

– Нет, хотя я бы с интересом взялась за роль Снежной королевы! Мне кажется, она очень несчастна и одинока... Ее сердце покрыто льдом, потому что она никогда не любила, не была любима, и ее некому согреть. Ее королевство – это пустыня чувств, где нет ни одного оазиса счастья... Когда я поступала к Бондарчуку, то на одном из туров он попросил меня изобразить состояние человека, когда иней на ресницах... Только сейчас я могу понять, что это такое. Это когда веки тяжелы, а взгляд будто бы сквозь прозрачные иглы, и каждое мгновение причиняет боль, от которой невозможно избавиться. Поэтому гораздо проще ранить других и замораживать все вокруг... Это для меня и есть Снежная королева.

– Ольга, вы производите впечатление человека с развитым чувством долга. Так ли это на самом деле? Не мешало ли вам это качество в жизни?

– Так меня воспитали! В школе мне было стыдно плохо учиться, я не была отличницей, но всегда оставалась крепкой хорошисткой. А сейчас в первую очередь это ответственность перед самой собой, не люблю быть в отстающих. А помогает это или мешает, уже неважно! Я такая, какая есть, и в моем возрасте изменить человека невозможно.

– В спектакле «Серебряный век» вы играете взрослую женщину, в которую влюбляется юноша, и у них завязываются отношения. Лично вам нравятся мужчины постарше или помоложе?

– Отвечу словами своей героини Киры Августовны из «Серебряного века»: «У любви нет законов для возраста, красоты или уродства, все можно, когда по-настоящему, все позволено...» Совершенно с этим согласна.

– Ольга, вы актриса широкого диапазона – театр, кино, поете, танцуете, ездите на лошади. Есть ли что-то такое, чего вы не умеете делать?

– Не думала об этом. Но если для роли надо чему-то научиться, сразу рвусь в бой!

– У вас замечательный литературный слог… Нет ли мысли написать книгу о себе или своем деде?

– Благодарю за комплимент. Может быть, когда-нибудь на пенсии напишу мемуары... Но пока до этого далеко, так что о подобных публикациях даже не мечтаю.

– Зрителей интересует ваша личная жизнь, и это понятно. Представьте, пожалуйста, вашего мужа – Николая. Чем он вас покорил?

– Коля очень уверенный в себе человек, он спокойный и надежный, настоящий во всех своих проявлениях, а главное – любит меня...

– Вам не предлагали преподавать в театральном вузе или руководить театральной студией?

– Желания преподавать нет, хотя предлагали и в частных школах, и в родном ВГИКе, но мы ведь уже говорили о моей ответственности. Представляете, быть в ответе за учеников, за их будущее, за их судьбу! Надо полностью раствориться в ребятах, на какое-то время забыть о себе, о семье, о карьере... Я к этому пока не готова. Знаете, несколько лет назад один из курсов во ВГИКе вел Георгий Тараторкин, так вот он в течение четырех лет отказывался от съемок и новых ролей в театре. И результат налицо: выпустил хороших, профессиональных специалистов. Кстати, некоторые с его курса служат в нашем театре, например, с Андреем Смирновым мы играем влюбленных в том же «Серебряном веке».

– Ваше отношение к тому, что в России два «половых» праздника – 23 февраля и 8 Марта?

– 23 февраля люблю с детства. Во-первых, это день рождения моего папы, и мы всегда стараемся собираться вместе с семьей. Во-вторых, еще в школьные годы мы тоже ждали этот праздник! И немудрено, ведь нам было разрешено проводить «Огонек», то есть остаться после уроков, поздравить мальчиков, устроить чаепитие, а потом танцы. К сладкому столу девочки готовились особенно тщательно. Каждая пекла десерт на свой выбор. Кто-то делал стенгазету со смешными фотографиями и остроумными подписями к ним. 8 Марта тоже праздновали. Только с точностью до наоборот – ребята готовили нам сюрпризы и подарки. Так что веселились с огоньком! Я до сих пор люблю оба праздника, ведь это такая хорошая возможность встретиться с друзьями.

– Ваши любимые цветы? Дороги ли для вас цветы публики, забираете их домой, расставляете по вазам?

– Люблю багульник, гиацинты, ландыши, сирень... Моя бабушка всегда пользовалась духами «Белая сирень», и аромат этих цветов у меня ассоциируется с детством... Конечно, в нашем доме постоянно стоят свежие цветы, и не только принесенные мною со спектаклей, но и подаренные Николаем или купленные мной. Летом не могу устоять перед полевыми букетами, а в канун 8 Марта перед мимозой. Когда ее вижу, вспоминаю роман Булгакова «Мастер и Маргарита»: «Она несла в руках отвратительные, тревожные желтые цветы. Черт их знает, как их зовут, но они почему-то первыми появляются в Москве... Она несла желтые цветы. Нехороший цвет... И меня поразила не столько красота, сколько необыкновенное, никем невиданное одиночество в ее глазах...»

– В стихотворении Георгия Адамовича «Памяти Марины Цветаевой» есть строки: «Литература – приглашенье в ад, куда я радостно входил, не скрою, откуда никому путей назад». А сцена – это приглашение в ад или в рай? Есть ли путь назад из актерской профессии?

– Борис Пастернак так писал о творчестве: «...Когда строку диктует чувство, оно на сцену шлет раба. И тут кончается искусство, и дышат почва и судьба...» Искусство – это вера, это служение, это судьба, это, если хотите, миссия. Это приглашение в Жизнь, настоящую, подлинную... А Жизнь может быть прервана одной только смертью.

Источник: Беседу вела Ангелина ХРИСТЮК Темы: Ольга КАБО

В мире Зеленский внес в Раду проект изменений в Конституцию Зеленский внес в Раду проект изменений в Конституцию

Президент Украины Владимир Зеленский зарегистрировал в Верховной раде законопроект "О внесении изменений в Конституцию Украины (относительно децентрализации власти)", свидетельствуют данные на официальном сайте парламента.


Общество Благовещенск хотят развивать за счет намывов Благовещенск хотят развивать за счет намывов

Возвести "новый город" возле моста через Амур, увеличить количество пешеходных улиц и намыть территории у слияния рек предложили участники Амурского экономического форума для развития Благовещенска.

Культура Народному артисту России Борису Щербакову идет военная форма. Народному артисту России Борису Щербакову идет военная форма.

Фильмы о войне, где снимался Борис Щербаков, которому 11 декабря исполнилось 70 лет, его герои всегда отличались особой военной выправкой, знанием солдатской доли в суровых испытаниях войны и одновременно каким-то внутренним лиризмом.

Спорт Российские боксеры отказались ехать на ОИ-2020 без национального флага Российские боксеры отказались ехать на ОИ-2020 без национального флага

Боксеры отечественной сборной отказались ехать на Олимпиаду в Токио без национального флага, заявил генеральный секретарь Федерации бокса России Умар Кремлев.