12 ноября 2014, 11:41, Анатолий Шаповалов

У европейского дома — своя идиома

Чиновникам ЕС советуют учить «брюссельский» английский

У европейского дома — своя идиома

Итак, с 1 ноября в брюссельской штаб-квартире Евросоюза новая команда. Глава Европейской комиссии, Жан-Клод Юнкер – первый «европремьер», избранный не за закрытыми дверями руководителями стран-членов, а (формально) гражданами ЕС, которые на майских выборах в Европарламент поддержали Европейскую народную партию. Впрочем, хотя сам Юнкер и получил «сильный мандат», состав ЕК все равно был зависим от предпочтений стран-членов и явился продуктом многоходовых компромиссов.

Юнкер возлагает большие надежды на своих четверых замов. Трое из них – выходцы из стран Центральной и Восточной Европы. Кроме того, у главы ЕК хорошие отношения с Дональдом Туском, который будет руководить Советом Европы. В основе же взаимопонимания в конечном счете находится такая тривиальная вещь, как язык. С первых же дней существования общеевропейских институтов вопрос «общего языка» был крайне актуальным. На каком же языке говорят сегодня в Брюсселе?

Дональд Туск публично пообещал отшлифовать свой английский, кроме того, он исправно пользуется немецким языком (этому его научила бабушка). Но вот незадача, для умелого общения в штаб-квартире ЕС надо освоить и «брюссельский» - как многие полагают, есть теперь и такой язык. Дело в том, что в переговорах с некоторыми европейскими политиками уже не помогает знание классического английского языка. Николя Саркози, став президентом Франции, ночами учил, готовясь к встрече с английской королевой, язык Шекспира, внимая советам своей супруги Карлы Бруни, знающей три языка... Но все равно попал впросак, когда приглашал британских инвесторов в Париж, уверяя с невыносимым французским акцентом, что он будет «epi» (happy) видеть их и их «moni» (money) на берегах Сены. В конфуз регулярно попадают и итальянские, и немецкие политики, притом, что достигнув «европейского уровня», все они – полиглоты. Юнкер, например, кроме своего люксембургского знает английский, французский, немецкий и латынь.

Для современного политика хорошее знание иностранных языков — обязательное, но не достаточное условие. Деликатные особенности коммуникации зачастую предрекают успех либо фиаско в Брюсселе. Этому не учат на курсах — учат в основном личный опыт и проницательность. Так, например, разговаривая с немцем или (тем более) с голландцем, сразу же упирай на суть, убеждая француза, продемонстрируй эрудицию и все время подчеркивай, что твое решение самое логичное. Эстонца уверяй, что твой вариант - самый современный и т.п.

Как считает Чарльз Джексон, совладелец английской школы Park House, где проходят подготовку чиновники ЕС, очень многие политики, которые приватно говорят на английском, воздерживаются от его использования на пресс-конференциях: боятся сказать что-то смешное или допустить возможность неправильного толкования. Одно не выверенное слово вполне может спровоцировать международный скандал! В международной и многоязычной среде, какой и является Брюссель, речь идет не столько об акценте или правильном произношении. На первый план часто выходит понимание оттенков значений различных слов. Именно поэтому на саммитах, как правило, масса времени уходит на обсуждение ключевых формулировок, притом что сами тексты соглашений уже готовы.

В распоряжении еврочиновников – целая армия переводчиков. В Совете Европы их 650. В Еврокомиссии - 3 тысячи. Ежегодные расходы на их содержание составляют около одного миллиарда евро - почти два евро в пересчете на каждого жителя Евросоюза. Однако это не меняет того факта, что официальные документы готовятся исключительно на английском языке.

Каждый, кто приезжает в Брюссель с приличным знанием английского и французского, очень быстро убеждается в том, что его компетенций явно недостаточно. Журнал «The Economist» назвал английский, на котором говорят в Брюсселе, «euro-globish», известен он и как «брюссельский язык». Европейские переводческие службы публикуют даже «Словарь английских слов и выражений, не надлежащим образом используемых в документах ЕС». Aids, например, это не название болезни, а помощь, agents – не сотрудники полиции или спецслужб, а попросту все работники европейских учреждений, delay – это не опоздание, а срок, к которому надо что-либо завершить. И таких примеров множество. Эксперты просят помнить о том, что «брюссельский» английский и «настоящий» английский разнятся.

Несмотря на эти языковые сложности, английский в Брюсселе доминирует, причем с каждым годом все больше. Уже 80 процентов официальных документов готовятся на английском, а уж потом переводятся на другие языки. В Европарламенте, где каждый может говорить на своем языке, некоторые депутаты во время пленарных заседаний все же отдают предпочтение английскому. Вторым же популярным становится немецкий, серьезно опережая «язык дипломатии» французский. Политика и лингвистика в Брюсселе всегда рядом.


В мире Чилийский военный самолет с 38 людьми разбился по пути в Антарктику Чилийский военный самолет с 38 людьми разбился по пути в Антарктику

Чилийский военно-транспортный самолет С-130 "Геркулес" с 38 людьми на борту, пропавший ранее с экранов радаров, признан разбившимся, сообщается на странице ВВС страны в Twitter.


Общество Благовещенск хотят развивать за счет намывов Благовещенск хотят развивать за счет намывов

Возвести "новый город" возле моста через Амур, увеличить количество пешеходных улиц и намыть территории у слияния рек предложили участники Амурского экономического форума для развития Благовещенска.