27 ноября 2014, 16:05, Анатолий СТАРОДУБЕЦ

Личная жизнь артиста должна оставаться за кулисами

В советские времена его любовно называли «кремлевским соловьем». Однако народного артиста России Льва ЛЕЩЕНКО любили не только власть имущие, но и простые люди, с удовольствием подпевая его зажигательным хитам: «Не плачь, девчонка», «Соловьиная роща», «Родительский дом», «Главное, ребята, сердцем не стареть», «Мы долгое эхо друг друга». В отличие от многих артистов своего поколения, Лещенко благополучно пережил несколько эпох на российской эстраде и продолжает успешно выступать, восхищая публику творческим долголетием,&

Личная жизнь артиста должна оставаться за кулисами

– Лев Валерьянович, ваше восхождение на эстрадный Олимп началось в 1972-м с победы на международном конкурсе в Сопоте. Вам, наверное, даже давали установку: товарищ Лещенко, без победы не возвращайтесь?

– Нет. Там были другие критерии. Жюри из полсотни маститых композиторов признали лучшей песню «За того парня» Марка Фрадкина. А уже сам автор поставил условие, что исполнителем будет Лещенко. Это вызвало возражения, отнюдь не идеологического характера. Дело в том, что я только вернулся из Болгарии, где получил премию на менее престижном конкурсе «Золотой Орфей», а одного и того же артиста дважды за год за границу не посылали. Но Фрадкин настоял на своем и оказался прав. В Сопот съехались певцы из 40 стран, суперсовременные аранжировки, навороченные шлягеры. И тут я с простой песней о послевоенном поколении… Но, видимо, отголоски войны еще были слышны в сердцах поляков, потому что мне дали первую премию, а на заключительном концерте вызывали на бис три раза и слушали стоя.

Сейчас развелось много вранья о жизни в Советском Союзе. Да, у нас были худсоветы и закулисные интриги. Что же касается цензуры, то откровенных репрессий не помню. Если песня была совсем непроходная, то ее потихоньку не принимали, и все. Но посмотрите, какие песни звучали в те годы. Это же золотой фонд нашей эстрады! Почему? Потому что были профессиональные редактора, композиторы и журналисты, они сидели и отбирали. Это был хороший фильтр, через который не могла просочиться плохая музыка.



– Как вы относитесь к инициативе депутатов ввести квоты на иностранные фильмы и музыку?

– Горячо ее поддерживаю. Не знаю, как с фильмами, но засилье иностранной эстрады в нашем эфире нужно сдерживать. Справедливой была бы квота в пятьдесят процентов. Те, кто часто бывает за границей, не дадут соврать:  во Франции зеленый свет дают французской эстраде, в США – американской. А песни на русском языке там практически не звучат. Так почему же мы в России должны давать преференции иностранным артистам? Я тут недавно общался с профессором американского университета. У себя на кафедре он слывет большим интеллектуалом. Так вот, он не знал, кто такой Челентано. И, вообще, признался, что, кроме американской культуры, его соотечественникам больше не интересно ничего. Это не значит, что мы должны уподобляться американцам и закрыться в своем культурном пространстве. Но мы не должны забывать отечественную культуру и всячески ее поддерживать.



– Помнится, года четыре назад вы с Давидом Тухмановым потратили миллионы долларов на создание русской национальной оперы. Каковы итоги этого эксперимента?

– Я давно дружу с Тухмановым. Вместе мы сделали «День Победы», «Соловьиную рощу» и «Притяжение земли». Эти три хита держат меня на плаву уже больше сорока лет. Кстати, мой коллега Коля Соловьев в 70-е был таким же популярным, как и я, но не выдержал перестроечных процессов и ушел в таксисты. Теперь, говорят, уединенно живет в деревне. Поэтому я благодарен Тухманову, который помог мне устоять на сцене. И вот однажды он показал мне свое новое сочинение – оперу о Екатерине Второй «Царица». Либретто написал поэт Юрий Ряшенцев. Я послушал – опера гениальная. В партии Екатерины задействовано сразу три певицы, играющие героиню молодую, в зрелых годах и в старости. Однако свое детище Давид не мог никуда пристроить. Тогда я стал действовать по своим каналам, обивать пороги разных театров. Один из моих друзей-олигархов дал денег на костюмы и декорации. Премьера с триумфом прошла на сцене Александринского театра в Питере. Солисты, хор и оркестр были из Московского театра «Геликон-опера». После этого блистательно прошли спектакли в Кремлевском дворце и Большом театре на малой сцене. Всюду аншлаги, зрители ломают двери. Америка также выказала желание принять спектакль на три месяца. Но мы решили: пока русские города его не посмотрят, за границу не поедем.



– У вас столько влиятельных друзей, что этому можно позавидовать.  А есть ли у вас враги?

– Думаю, что нет. Я считаю, что в жизни важно находить компромиссы в любых спорных ситуациях. У Володи Винокура я научился следующей уловке. Когда его начинают обижать, он не отвечает хамством, а просто спрашивает у окружающих, указывая на своего обидчика: «Кто это?» И наглец, как правило, сразу теряется. В дружбе для меня не важны ни профессиональные, ни материальные критерии. К тому же я не люблю ничего просить для себя. Есть такой анекдот. Едут в одном купе горячий восточный парень и миловидная девушка. Он пристально на нее смотрит. А ей неловко, она и глаза отводит, и газетой закрывается. Наконец, не выдерживает и говорит: «Молодой человек, вы на меня так смотрите, может, вам что-то нужно?» А он отвечает: «Для меня нет ничего хуже, как о чем-то просить». Вот и я такой.

– Ваш музыкальный театр называют кузницей невест. Вы специально подбираете к себе на подпевки красоток?

– Я люблю красивых людей. А бэк-во­калистки в моей работе чрезвычайно важны. Дело в том, что у меня бас-баритон, и на эстраде я пою облегченным звуком. Поэтому мне нужно расцветить свое звучание с помощью аранжировок и более высоких голосов. На бэк-вокал я приглашаю людей, которые хорошо поют, хорошо смотрятся и уверенно держатся на сцене. Получилось так, что у меня в свое время пели Катя Лель, Марина Хлебникова, Оля Арефьева, Варвара и другие замечательные девушки, которые потом сделали сольную карьеру. Почти все они учились у меня в пединституте имени Гнесиных, где я преподаю не первый десяток лет. А то, что они удачно выходят замуж, так это их личное дело. 



– А правда ли, что у вас с Аллой Пугачевой идет война из-за того, что она однажды, будучи музыкальным руководителем «Песни года», вычеркнула  Лещенко из списка участников фестиваля?

– По этому поводу мне вспоминается анекдотический случай с Борисом Ливановым. Однажды во МХТ, когда там была неразбериха с руководством, ему, лауреату пяти Сталинских премий, прислали бесцеремонную записку: «Борис Николаевич, вас вызывают в художественную часть». На что артист велел передать с посыльным: «Художественное целое в художественную часть не ходит». Так вот и я. Не могла меня Алла Борисовна из своего списка вычеркнуть, поскольку я свое имя туда никогда не подавал. Она делала «Песню года» по своему разумению, и фестиваль загнулся бы, если бы за дело не взялся мой друг Игорь Крутой. А что касается наших отношений с Аллой, то хотя они и не доверительные, но вполне приличные и я бы даже сказал – симпатичные.

– В чем ваш секрет долголетия? Это результат каких-то специальных медицинских процедур?

– Я считаю, что надо быть умеренным во всем и забыть о вредных привычках. На эту тему есть хороший анекдот. Ученые приехали на Кавказ изучать проблемы долголетия. Подошли к одному старику. Сколько вам лет? Сто пять. А можно узнать о ваших привычках: курите, пьете? Нет, не курю и не пью. Идут дальше. Встречается старик сто семь лет – не курил, не пил. Наконец, видят глубокого старца. Обрадовались. Расспрашивают о секретах долголетия. Курили? Курил. Пили? Пил. А сколько вам лет? Тридцать семь.

От себя могу посоветовать эффективный тренинг. Когда я утром смотрю в зеркало, то говорю своему отражению: «Мужик, держись!» Меня это воодушевляет. Тут вспомнился другой анекдот. Девушка утром подходит к зеркалу и говорит: «Не знаю, кто ты, но надо тебя накрасить». А если серьезно, то, как говорит мой друг Винокур, нужно поменьше есть и побольше двигаться.    



– А как вам удается сохранять свои вокальные данные?

– Свой голос я берегу как зеницу ока. Прежде всего, избегаю трех вещей: есть мороженое, пить водку и бессонных ночей. Голосовые связки должны отдыхать. Так что стараюсь высыпаться и много не говорить, не давать интервью перед концертом. В юности я год работал в Большом театре рабочим сцены. И мне повезло видеть в работе всех наших великих певцов: Лемешева, Козловского, Петрова, Лисициана, Максакову, Галю Вишневскую, которая тогда только начинала. У каждого было свое понимание гигиены голоса. Например, знаменитый баритон Павел Герасимович Лисициан за два дня перед концертом прекращал разговаривать, переходил на записки. Так он берег связки.

– Как возник ваш дуэт с Владимиром Винокуром, и в каких сейчас вы с ним  отношениях?

– Это случилось в перестроечные годы, когда на эстраде появилось много подростковых групп и малолетних солистов, и этот молодежный формат стал оттеснять на второй план популярных исполнителей моего поколения: Соню Ротару, Иосифа Кобзона, Муслима Магомаева. И вот, чтобы как-то оживить интерес ко мне, писатель-сатирик Аркадий Хайт придумал интермедию «Вовчик-Левчик». Мы с Винокуром ее впервые отыграли на вечере к 50-летию Геннадия Хазанова. Народ завелся, всем понравилось, что два артиста, два друга, и они на сцене вместе. Мы ведь с Володей учились в институте у одних и тех же педагогов. Так что у нас одна актерская школа. Поэтому Винокур так удачно копирует мои жесты и поет моим голосом. Наша дружба продолжается, общаемся и по работе, и как соседи по даче. Во всяком случае, друг другу мы не надоели.   

– Почему сейчас вас редко можно видеть на ТВ вне концертных трансляций?  

– Я стараюсь избегать появлений разного рода ток-шоу, где копаются в грязном белье и перемывают косточки. Нас так учили: твоя личная жизнь должна оставаться за кулисами. Я продолжаю записывать пластинки с новыми песнями. Творчество – единственная постоянная величина в жизни человека. Даже личная жизнь меняется. Поэтому до конца своих дней нужно стремиться к тому, чтобы создавать что-то новое и двигаться вперед.


Политика В бундестаге объяснили опасность антироссийских санкций В бундестаге объяснили опасность антироссийских санкций

Антироссийские санкции являются бесполезными, а их сохранение вредит немецкому бизнесу и ведет к переориентации России на экономическое взаимодействие с Китаем.

В мире Американские военные готовят операцию в Персидском заливе Американские военные готовят операцию в Персидском заливе

США разрабатывают военную операцию под названием "Страж", призванную обезопасить морские пути на Ближнем Востоке, говорится в заявлении Центрального командования США.

Экономика S&P подтвердило инвестиционный рейтинг России S&P подтвердило инвестиционный рейтинг России

Международное рейтинговое агентство S&P Global Ratings (S&P) подтвердило рейтинг России на инвестиционном уровне "BBB-", прогноз стабильный, говорится в кратком обосновании агентства.


Общество Дело прокурора Павлова в поисках справедливости Дело прокурора Павлова в поисках справедливости

Самарский областной суд начал рассмотрение апелляционной жалобы на приговор экс-прокурору Безенчукского района Самарской области Андрею Павлову, которого суд первой инстанции приговорил к 4,5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. лома о высшем образовании.

Культура Где достать травматический пистолет? Где достать травматический пистолет?

Недавно я подслушала разговор двух подростков. Мальчишка постарше советовал второму купить травматический пистолет в любом киоске,( он сам так сделал), где не спрашивают, сколько тебе лет, были бы деньги.