5 марта 2015, 11:11, Антонина Крюкова

Олеся Фокина: Своим фильмом я дарю зрителям лучшую страну

Известный режиссер-документалист Олеся Фокина (на фото) сняла более двадцати фильмов, посвященных Александру Солженицыну, Иосифу Бродскому, Юрию Норштейну, Тонино Гуэрре, Олегу Басилашвили, Эдуарду Артемьеву и многим другим. Поводом для этого разговора стал ее новый проект "Мальчики и девочки "Доктора Живаго" (один из вариантов названия романа – "Мальчики и девочки"), премьера которого состоялась сначала в ЦДЛ незадолго до 125-летия со дня рождения Бориса Пастернака. Этот фильм также показали по Первому каналу под названием "Борис Пастернак. "Будем верить, жить и ждать…" О том, как создавалась картина, о ее смыслах и участниках режиссер рассказала нашему корреспонденту.

Олеся Фокина: Своим фильмом я дарю зрителям лучшую страну

– Олеся Юрьевна, вы снимали фильм к юбилейной дате или замысел возник независимо от этого?

– У меня есть документальный цикл "Человек на все времена", который я снимаю уже на протяжении многих лет, и в героях каждого фильма стараюсь показать самые лучшие стороны человека. Однажды я оказалась на лекции Александра Архангельского по "Доктору Живаго" и увидела молодого человека в заднем ряду, который стал задавать вопросы лектору, начав с того, почему тот пропустил одну строфу из "Гефсиманского сада". Это был Никита Ошуев, который в моем фильме гуляет по Москве с томиком стихов Пастернака. Между Архангельским и Никитой завязался живой, серьезный, глубокий разговор о Пастернаке и о "Докторе Живаго". И я поняла – вот он, мой ключ к фильму о великом поэте, вот оно, то самое чудотворчество Пастернака. Оказывается, в нашем запредельно циничном мире есть молодые люди, живущие иными ценностями, чем те, которые им навязывает мир. Живут не потребительством, а подлинным искусством, поэзией, и что этих людей много. Мне захотелось своим фильмом подарить зрителям другую, иную страну. И это – не выдумка. Просто этих – других – молодых людей надо увидеть, захотеть разглядеть в толпе. Скорее всего, их не встретишь на дискотеке, парадах моды, они "прячутся" в иных местах. Да и не прячутся вовсе, а тратят свои стипендии, чтобы попасть на интересную лекцию, в консерваторию на галерку. При этом они красивые, свободные, независимые люди. Все это вдохновило меня на создание не просто биографического фильма, а фильма об отражениях Пастернака в молодом поколении нынешнего времени.

– В вашей картине участвуют московские школьники и студенты, но как вы вышли на учащихся школы "21-й век" в Тбилиси, которые тоже стали героями вашей картины?

– Когда я начала подготовку к этому проекту, то стала часто бывать в Доме-музее Бориса Пастернака в Переделкино, куда приезжают молодые люди, – можно сказать, они там живут, и им не нужны ни клубы, ни стадионы. Постепенно обрастая материалом, читая письма поэта, я все больше понимала, какое огромное место в его жизни занимала Грузия. Кстати, в этом году будет еще одна памятная дата, имеющая отношение и к Пастернаку, и к его поэзии: 2 апреля исполняется 120 лет со дня рождения его ближайшего друга Тициана Табидзе, которого он переводил и очень любил. Я познакомилась с его внучкой Ниной Табидзе-Андриадзе, живущей в Тбилиси. И она рассказала, как сложилась жизнь ее бабушки – тоже Нины, жены Тициана – после его ареста, как они каждый год приезжали к Пастернаку на дачу в Переделкино, как он до конца своих дней помогал семье своего друга и материально, и, разумеется, душевно. Тициана Табидзе арестовали в 1937 году и буквально через две недели расстреляли, а они еще семнадцать лет верили, что он жив. Борис Леонидович регулярно отправлял им деньги, посылал письма, настойчиво приглашал в гости и, приезжая в Тбилиси, всегда их навещал. От Нины Табидзе-Андриадзе я узнала, что в школе, где она преподает литературу, поставили спектакль, посвященный "Памяти дружбы двух великих поэтов". При этом мы с вами понимаем, что русский язык для современных школьников в Грузии – иностранный. А Нина и ее коллега Меги Коберидзе через поэзию вдохновенно учат ребят русскому языку, и они с интересом изучают творчество Пастернака. Меня это, естественно, привлекло, потому что вплотную подходило к теме моего фильма. Я поехала в Тбилиси, мы сняли спектакль, а сами ребята тронули до слез. Мне кажется, нынешняя разобщенность с Грузией, с ее культурой – драматична. Ибо искусственно нарушены традиции нашей многовековой дружбы, и с этим надо что-то делать. Необыкновенно важно протянуть друг другу руки, сделать безвизовый режим, проводить фестивали, общаться, как это было прежде. В апреле в Доме кинематографистов мы думаем провести вечер российско-грузинской дружбы, сделать прорыв в блокаде, созданной "стараниями" некоторых политиков.

– Какое место в вашей жизни занимает Борис Пастернак?

– Я всю жизнь любила его поэзию, особенно стихи, написанные после 30-х годов, когда он пришел к "неслыханной простоте", о которой сам говорил. С книги "Второе рождение" его стихи становятся все более прозрачными, ясными. Мне всегда была очень дорога его поэзия, я всегда жила его стихами, читала их своим детям. С "Зимними праздниками" встречали зиму, печаль любви и расставания познавали с пастернаковской "Разлукой". Пастернак вручил нам магические ключи к пониманию любви к природе. То есть это очень важная часть моей жизни. А роман "Доктор Живаго" я перечитывала трижды, и каждый раз, с возрастом, он становился мне все ближе и ближе. Я сказала бы, что эта книга – учебник истории ХХ века, насколько писатель способен ее переработать не то чтобы воображением, но своим духом. Как говорил Флоренский, настоящее искусство – это то, что проработано духом. Именно у Пастернака это и есть – не просто факты, не только историческое, эмоциональное, психологическое видение времени, а глубоко выстраданное произведение. Так что с этой книгой я никогда не расстаюсь.

– Конечно, поразительно, что вы нашли этих мальчиков и девочек с таким глубоким интересом к творчеству и судьбе поэта, потому что сегодня невозможно представить, чтобы молодое поколение, которое в лучшем случае думает о том, как бы сделать карьеру, запоем читало серьезные стихи. Вам трудно было с ними общаться?

– Вы знаете, нелегко. Это действительно другие люди – не те, которых я снимала раньше. Они не бегали за камерой, не искали какой-то славы, не стремились к известности, как это бывает, когда человек попадает на телеэкран. Они в большей степени независимы, чем можно было бы предположить. Я пробивалась к ним довольно долго, чтобы объяснить им свой интерес, и они мне доверились. Потому что современное телевидение и кино с их сомнительными ценностями и потребительским отношением к жизни и к людям заставляют их настороженно воспринимать человека с камерой. Этим молодым людям, которые любят Пастернака, все это совершенно чуждо и противопоказано – они живут своим миром, своими увлечениями. Как ни странно, некоторые из них учатся в МГИМО, чего я никак не ожидала, потому что у меня еще с советских времен осталось представление о студентах этого вуза как о карьерных ребятах, которых сейчас называют мажорами. Но, оказалось, что это образованные, самостоятельно мыслящие ребята, пытливые, чуткие к поэзии. Сначала я познакомилась с одним мальчиком и его компанией, потом были другие дети, возникла потрясающая Лида Орловская, которая в фильме читает стихотворения "Гамлет" и "Ночь".

– Один из участников вашего фильма пишет в своем сочинении, что Пастернак и доктор Живаго помогут ему не стать подлецом. Вы верите, что в этих ребятах есть "отраженный свет" Пастернака и его стихи, судьба могут на них повлиять?

– То, что Пастернак в их ценностных приоритетах занимает огромное место, говорит как раз об этом. Когда эти студенты или школьники, имея одни брюки, которые носят целый год, и штопаные носки, копят деньги, чтобы попасть на лекцию о Пастернаке или на симфонический концерт, когда едут в детские дома, чтобы почитать там стихи, – это и есть тот самый "отраженный свет". Во всяком случае, я хочу так думать. Однажды великий режиссер-мультипликатор Юрий Борисович Норштейн, увидев мой фильм, осторожно сказал, что хотел бы посмотреть на этих ребят через десять лет: будут ли они говорить правду в лицо, преодолеют ли те искушения, которые пошлет им жизнь. И только тогда станет ясно, настоящие они или хотят такими казаться. Повлияет ли Пастернак на их судьбу или нет, я не знаю, но есть надежда, что прививка эта будет сильной и устойчивой к "вирусам". Главный вопрос: обладает ли искусство чудом преображения – так или иначе я ставлю перед собой во всех своих работах. Думаю, что да, но это зависит еще и от того, захочет ли человек этого преображения.

– В этих ребятах есть романтизм, который абсолютно исчез из кино и современной литературы, да и в жизни быть романтиком не модно. А в конце фильма звучит вальс Шостаковича, усиливающий романтическую ноту. Это получилось спонтанно или намеренно?

– На самом деле, это мой романтизм: мне хочется так думать, и я посылаю с экрана такую благую весть. В конце романа "Доктора Живаго" говорится о чуде вечной жизни. Поэтому в фокусе фильма – надежда на этих молодых людей. Но осуществится ли она? Хочется верить, что мальчики и девочки из нашего фильма – люди благородные, скромные и чуткие. Таким был Борис Пастернак. Правда, еще он был гением... В глобальном смысле речь идет о том, победит ли добро или нет. Сейчас мы думаем об этом каждый день, и вздрагивает сердце от того, что у нас творится. Поэтому я стараюсь посылать хорошие вести, чтобы не множить зло. Оно само по себе сильное и давать ему еще и ускорение мы не должны.

– В вашем фильме использованы кадры хроники, фотографии, стихи поэта в авторском исполнении, но было ли что-то эксклюзивное из этих материалов?

– Никаких редкостей мы не демонстрировали. Фотографии практически все опубликованы, что касается записей чтения стихов автором, то выбор был невелик, потому что их сохранилось всего несколько, два из них звучат в фильме. Я прочла все письма Бориса Пастернака, и для меня это была огромная и очень тяжелая работа – выбрать нужное, найти свой путь к герою. Ибо главным героем фильма остается, конечно, Борис Леонидович. Со снимками мне помогал внук поэта Петр Пастернак, который дал диск с фотографиями в хорошем качестве, Ниночка Табидзе любезно предоставила и письма, и фотографии, которых у нее немного. Переписка Пастернака с Тицианом Табидзе и его женой, по-моему, не звучала нигде и никогда, хотя издана Литературным музеем Грузии. Что касается хроники, то все мы, документалисты, пользуемся одним и тем же сундуком, но мне удалось найти редкие кадры. Например, те, где красноармейцы играют в жмурки, или из Deutsche Wochenschau времен войны. Так что говорить о каких-то особых находках я бы не стала. Но это для меня не так уж и важно. Важно было найти смысловые линии, проложить путь, которым ты идешь.

– Почему вы выбрали для фильма поэтов Ефима Бершина, который читает текст от автора, и Бахыта Кенжеева, и где снимали его – в Канаде или Москве?

– Бахыта Кенжеева я снимала в Москве, когда он сюда приезжал, что делает довольно редко. Живет он сейчас не в Канаде, а в Нью-Йорке. Просто и тот, и другой пишут замечательные стихи, которые я люблю. Но вообще-то мне не хотелось вводить в ткань фильма избыточное число персонажей. По Дому-музею Пастернака в Переделкино ребят водит его директор Ирина Ерисанова. В Тбилиси удалось поговорить с замечательным Резо Габриадзе, великим сказочником. Эпизод с этим мудрым и застенчивым человеком – огромная радость для меня и, надеюсь, украшение фильма.

– В Грузии вы уже показывали этот фильм?

– Нет, пока только собираюсь поехать туда и очень хочу, чтобы это случилось.

– Как удалось, что фильм прошел по Первому каналу, где вообще и близко не подпускают серьезную документалистику? А к юбилею великого поэта, кажется, только этот канал отличился премьерой серьезного фильма о Пастернаке.

– Я снимала этот фильм по заказу Первого канала, и очень признательна его руководству, заместителю генерального директора Александру Файфману, которые хотели, чтобы мой фильм увидели миллионы зрителей.

– Но вы снимаете авторское кино, как правило, не рассчитанное на массовую аудиторию. Кроме того, у документалистов нет прокатных амбиций. Или вам хочется, чтобы фильм попал в прокат?

– Как раз при обсуждении на Первом канале, давать этот фильм в эфир или нет, – звучали разные точки зрения, и кто-то высказывался, будто он не зрительский, не рейтинговый. Но я лучшего мнения о зрителе, и это вечный вопрос – опускаться до уровня массового зрителя или попытаться поднять его. Я также считаю, что если бы вдруг в стране некоторое время вещал один канал, и на нем показывали шедевры мирового кино – Чаплина, Данелию, Абдрашитова, Козинцева, Тарковского, Антониони, Куросаву, концерты симфонической музыки, то через полгода у нас была бы другая страна. Не надо принижать зрителя, будто он не способен воспринимать что-то сложное, – это не так. Просто люди привыкли к телевизору и смотрят все, что там показывают. Если человек с утра до ночи ест одну баланду, то откуда ему знать о профитролях? Человеку надо предложить другую пищу, и она понравится ему, уверяю вас. Я верю в чудеса! Что касается проката, то этот вопрос передо мной не стоит, потому что все права на проект принадлежат Первому каналу, который может распоряжаться им по своему усмотрению.

– Кто станет героем вашего следующего фильма?

– Пока не знаю. Надо немного прийти в себя после этого проекта, потому что каждая работа для меня – это зона высокого напряжения.


Политика В бундестаге раскритиковали идею вернуть Россию в G8 В бундестаге раскритиковали идею вернуть Россию в G8

Возвращение России в формат G7 будет "ошибкой", поскольку это подаст Москве "неверный сигнал", заявил в беседе с радиокомпанией Deutschlandfunk глава комитета бундестага по внешней политике Норберт Рёттген.

В мире Вашингтон отозвал предложение Анкаре о продаже Patriot, пишут СМИ Вашингтон отозвал предложение Анкаре о продаже Patriot, пишут СМИ

США официально отозвали свое предложение Турции о продаже противоракетных комплексов Patriot в качестве альтернативы российским зенитно-ракетным комплексам С-400, сообщает CNN со ссылкой на представителя госдепартамента.


Культура "Таврида-АРТ" отпраздновала 350-летие российского флага. "Таврида-АРТ" отпраздновала 350-летие российского флага.

22 августа при участии 4.500 тысяч представителей творческой молодежи и видных деятелей искусства был развернут российский триколор 12 на 18 метров. Этим событием стартовал праздничный флешмобл