3 августа 2015, 11:41, Владимир Гурвич

Лекарство от неэффективности для рынка медикаментов

Согласно прогнозу, к 2017 году ожидаемый рост фармацевтического рынка России достигнет 9%, а его объем составит 823,6 млрд рублей. Но этот оптимистический сценарий реализуется лишь в том случае, если удастся придать отрасли новый импульс и ускорение. Как это сделать?

Лекарство от неэффективности для рынка медикаментов Автор фото: Наталия Нечаева

Деньги не все! 

Развитие фармацевтики в России не может происходить в отрыве от состояния всей системы здравоохранения. А она далеко не идеальная. Если оценивать ее эффективность по показателю смертности, то мы находимся между Мали и Свазилендом со своими 13,1 умершими на тысячу человек. И проблема совсем не в деньгах, подчеркивает Лариса Попович, директор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ. Мы занимаем 59-е место в мире по финансированию отрасли из государственных источников и 43-е – поступлению туда средств из всех возможных источников. Конечно, есть немало государств, расходующих на эти цели значительно меньше, но имеющих, куда лучшие показатели смертности. Самая главная наша проблема в том, что у нас она невысокая среди пожилого населения – тут мы имеем средний уровень, но у нас сверхсмертность в молодых, трудоспособных возрастных категориях. Эта группа населения меньше всего находится в зоне внимания российской медицины.

А в основе всех зол – дисбаланс мотиваций всех участников системы. Государство недостаточно заинтересовано в сохранении и восстановлении потенциала наиболее трудоспособных слоев населения; врачи не мотивированы на повышение качества своего лечения, так как финансируется у нас не результат, а сам процесс; пациенты хотели бы больше заботиться о своем здоровье, но у них нет на это ни времени, ни зачастую денег. Поэтому без перестройки здравоохранения, включая лекарственное обеспечение, без отказа от практики закупок и переходу к возмещению затрат на медикаменты, этот воз мы с места далеко не сдвинем.
Цена неэффективности отечественной системы здравоохранения, если пересчитывать на годы, потерянные по болезни, – недополученные от 6 до 8% ВВП. Это прямой вред экономическому росту. Более того, за последние 13 лет (с 2002 года, когда была отмечена максимальная смертность от сердечно-сосудистых заболеваний) был достигнут определенный успех: число летальных исходов по этой причине снизилось на четверть, но за этот же период подушевое финансирование здравоохранения выросло на 210%! Сравнение этих двух цифр дает наглядное представление об эффективности нашей медицины, его КПД; мы заливаем деньгами неэффективную систему. Чтобы ее менять, нужны структурные, институциональные реформы.

Инъекция в протез

В государственной программе "Развитие фармацевтической и медицинской промышленности" на 2013–2020 гг. ставится задача по переходу на инновационные рельсы, декларируется поддержка клиническим исследованиям, уделяется особое внимание качеству производимых в России препаратов и импорту лекарств. А как же определяются количественные ориентиры? Предполагается в 4,5 раза увеличить производительность труда, в 3,5 раза нарастить объемы производства, создать и модернизировать 20 тыс. высокопроизводительных рабочих мест, довести объем экспорта лекарственных средств до 75 млрд руб. При этом доля лекарственных средств отечественного производства в общем объеме потребления здравоохранением РФ должна составлять в денежном выражении 50%.

Однако при этом рынок остается небольшим. Его государственная часть составляет всего 130 млрд рублей, к этому следует присовокупить еще примерно 520 млрд рублей за счет населения. И вопреки надеждам, вряд ли он сильно возрастет – доходы покупателей падают. Из федерального и регионального бюджетов на лекарственное обеспечение населения в амбулаториях и больницах расходуется средств в 5 раз меньше, чем в новых государствах Евросоюза. Один среднестатистический россиянин за год покупает лекарств всего на 95–100 долларов. Правда, разброс по территориям колоссальный, в Москве это около $500, а, например, в Дагестане – всего $14. Для сравнения: в США этот показатель равен $676, в Японии – $509, в Германии – $352, в Испании – $330… Даже в Индии – 245 долларов!

Это не означает, что для роста фармацевтической промышленности нет предпосылок. В отличие от многих других отраслей здесь объемы производства практически не падают. В ней быстрей, чем в других секторах растет производительность труда, увеличиваются масштабы клинических исследований. Но надо предпринять такие усилия, чтобы они по своему эффекту не напоминали "инъекцию в протез". Что пока имеет место быть…

Что делать?

Фармакологии требуется переход от социального обслуживания государства к отрасли, которая генерирует рост ВВП. По мнению президента Общероссийской общественной организации "Деловая Россия" Алексея Репика, для этого следует предпринять ряд мер. Необходимо наладить трансферт технологий и создать внутреннюю компетенцию в этой сфере. Нужно овладеть навыками реализации быстрых технологических прорывов, используя партнерские отношения с иностранными компаниями. То, для чего на Западе понадобились десятилетия, нам нужно сделать на порядок быстрей. Следует превратить отрасль в экспортера. Пока же с этой точки зрения она в стране одна из слабых и является чистым импортером. А в дальнее зарубежье наш экспорт лекарств микроскопический.

Развитие же экспортного потенциала – это мощный стимул для ускорения отрасли в целом. По мнению гендиректора компании "Биокад" Дмитрия Морозова, мы никогда не окупим затраты, если станем создавать новые инновационные лекарства только для внутреннего потребления. В России снижается потребление лекарств, поэтому нужно не только повышать их качество, но и делать более доступными для массового потребителя. А мы зачастую до сих пор лечим болезни вчерашними методами.
Отрасли предстоит сделать большой рывок. Поэтому без системы государственной поддержки наладить инновационный процесс в фарминдустрии не удастся. Причем речь вовсе не идет о прямых вливаниях, задача состоит в том, чтобы сделать отрасль привлекательной для частного бизнеса, учитывая тот факт, что вывод на рынок новых лекарств требует много времени и денег. В Швейцарии есть компании, которые ежегодно тратят на исследования по $10 млрд в год. Для нас такие расходы представляются пока немыслимыми. Но эта цифра дает понимание масштабов проблемы.


Экономика Фондовый рынок перегрет: защитный актив – биткоин Фондовый рынок перегрет: защитный актив – биткоин

В наших предыдущих постах, мы уже рассказывали о том, что сейчас весь рынок от американского до европейского находится на пике. И инвесторы ищут новые пути получения прибыли.