18 августа 2015, 14:55, Мария Безрук

"Окно в Европу" - 2015: Нулевое поколение

23-й кинофестиваль "Окно в Европу" завершился полной и безоговорочной победой прошлого над будущим. Точнее, очевидным преимуществом старой советской киношколы над инфантильным поколением "нулевых", не способных в основной своей массе, за редчайшими исключениями, произвести что-нибудь стоящее, хотя бы отдалённо напоминающее искусство. 

"Окно в Европу" - 2015: Нулевое поколение Автор фото: Мария Безрук

Каждый год после "Кинотавра", где из всего потока фильмов, сделанных в стране, кинематографической общественности представляется лишь 13-14 лент, отобранных в соответствии с довольно жёстким фестивальным форматом, журналисты и продюсеры с нетерпением ожидают поездки в Выборг, ибо "Окно в Европу" отличает не только демократичность и бесстрашие, но и спектральный анализ объективной ситуации в киноотрасли. И, если сочинский киносмотр делает ставку по большей части на арт-хаусное кино "не для всех", то Выборг – напротив, предлагает своему зрителю разнообразную жанровую палитру, от радикальных авторских высказываний до площадных комедий и мелодрам. И в этой ситуации жюри приходится нелегко, ведь выработать некие объективные критерии оценки столь разношерстных работ не так просто. Зато зритель голосует по старинке – сердцем. И, зачастую, безжалостная критика со стороны коллег по кинематографическому цеху с лихвой компенсируется искренней народной любовью. И нынешний год не стал исключением.

Фильм "Училка" режиссёра Алексея А. Петрухина был ожидаем публикой. Во-первых, Ирина Купченко, любимая многими поколениями русскоязычных зрителей актриса, много лет не снималась в кино. Во-вторых, постер фильма, на котором Ирина Петровна в образе школьного учителя держит в руках пистолет, обещал увлекательное зрелище. Да и к теме средней школы российские кинематографисты давно не обращались, если не считать своеобразного взгляда Валерии Гай Германики на проблему современного образования да весьма поверхностного ремейка фильма "Розыгрыш" Андрея Кудиненко ("Географ..." не в счет, ибо там не про школу, а про лишнего человека волею судьбы на время примерившего на себя учительский костюм). И, если для кинематографистов, памятующих такие бриллианты педагогического кино как "Ключ без права передачи" и "Пацаны" Динары Асановой, ожидания новой "Большой перемены" или "Доживем до понедельника" обернулись горестным разочарованием, то простого зрителя картина с хронометражем 135 минут увлекла с первых кадров и отпустила лишь на финальных титрах. Результатом феерического просмотра явилась оглушительная овация и "Золотая ладья" по итогам зрительского голосования.

Жюри основного конкурса подобный контраст во мнениях привел в ужас. Член жюри, режиссер и кинодраматург Владимир Котт посетовал: "Я смотрю фильм, в котором отвратительный сценарий, ужасающе играют актеры, провалена драматургия, и при этом я также вижу, что зритель влюблен в этот фильм. Я слышу, как они дышат, замирают, смеются, и прихожу в ужас. Может быть, со мной что-то не так? Может быть, мне самому следует измениться, чтобы стать ближе к зрителю?.." Председатель жюри, режиссер Светлана Проскурина, отсмотрев конкурсную программу, резюмировала: "Режиссёры самовыражаются бессмысленно – с чем пришел, с тем и ушел. Зато он пишет себя и соавтором сценария, и монтажером, и продюсером, вместо того чтобы собрать команду грамотных людей и вместе заниматься искусством. В итоге режиссер разговаривает сам с собой. Чудовищный монтаж, ужасающий сценарий, с актёрами работать не умеет, но зато он "на все руки мастер". Нам предлагают лапшу "Доширак" вместо авторской кухни. И мы вынуждены это есть".

В итоге жюри, не найдя в конкурсной программе ни одного фильма, заслуживающего гран-при, свою награду присудило актрисе Ирине Купченко с формулировкой "За безупречное мастерство, за достоинство и честность". Подобное решение выборгские судьи в другом составе принимали в 2011 году, когда, не сойдясь ни на одном фильме, гран-при был вручен актёру Петру Зайченко. Парадокс награждения нынешнего года заключался в том, что фильм, благодаря которому Ирина Купченко была удостоена главного приза фестиваля, был жестко раскритикован не только жюри, но и всей кинематографической общественностью и ничем иным как "авантюра не удалась, за попытку – спасибо" охарактеризовать впечатление от картины было невозможно. Разваленная драматургия, бесконечное количество фальшивых финалов, отсутствие у режиссера вкуса, чувства меры и элементарного мастерства, неуместный юмор низкого пошиба и провокационные реплики героев актуального политического свойства… А в качестве вишенки на этом специфическом киноторте явилась великая Ирина Купченко, которая честно существует в предлагаемых обстоятельствах и от этого ещё страшнее и горше. Ужасающая игра юных партнеров Купченко в какой то момент зашкаливала так, что кинематографисты покидали зал с гневным шипением: "Я больше не могу это смотреть". Но простой зритель безоговорочно и единодушно принял картину со всеми её проблемами и недостатками. Поистине есть над чем призадуматься кинопроизводителям. Это до какого состояния нужно было довести индустрию, если даже рыхлое и неровное кино, на понятную и актуальную тему с одной прекрасной актрисой вызвало такой фантастический прием! Как же надо было перекормить публику сериальной жвачкой и фестивальным псевдо-интеллектуальным мусором, чтобы слабая и неудачная попытка мейнстрима на злобу дня была принята безоговорочно и сразу!

Не многие фильмы фестивальной программы отвечали простым человеческим желаниям отдохнуть, расслабиться, посмеяться, или всплакнуть, задуматься, погрустить. Большая часть конкурсных лент представляли собой некий акт выплеска желания авторов покрасоваться в титрах в качестве режиссёра. Наиболее вопиющий пример подобного рода формации "творцов" – некто Даниил Шарыпин, абсолютно соответствующий образу современного псевдо-режиссера, красочно описанного в блестящей речи Светланы Проскуриной. Он заявлен в титрах фильма "Фин (FIN)" как автор сценария, режиссер, оператор и продюсер. При этом в картине ничего не видно, ничего не слышно, ничего не понятно, а главное, не понятно – зачем. На вопрос корреспондента "Трибуны", почему авторы фильма не обеспокоились хотя бы вопросом перезаписи чистого звука, учитывая то, что звук на площадке был записан отвратительно, а шум генератора заглушал и без того невнятные реплики плохо идентифицируемых персонажей, режиссер ответил: "Вам бы всё равно не понравилось мое кино. Зачем же мне было заморачиваться перезаписью. Я намеренно не устранял никакие ляпы – пусть кино будет таким, каким оно получилось". Практически по тому же пути пошла Анна Ефремова в своем дебюте "Давай меняться". По емкому выражению Светланы Проскуриной, героиня фильма целый час "конструлялась" по экрану, а зритель так и не понял, что собственно происходит, кто она, эта героиня, где и зачем она собственно "конструляется". Ну, а глубокомысленное графоманство Арсения Гончукова, ежегодно клепающего свои депрессивные "бродилки о вечном", не поддается ни анализу, ни здоровой критике. Председатель жюри конкурса копродукции Алексей Гуськов сказал: "Я знаю, что есть такой Арсений Гончуков. Не видел ни одного его фильма, но то, как он умеет себя подавать заслуживает внимания". Самодовольство, самолюбование и безоговорочная уверенность в собственной значимости – вот собственно и всё, чем может похвастать большинство режиссеров десятых, чьи личности сформировались в эпоху нулевых. Режиссеры с обнуленной памятью и мастерством, нарабатывавшимся предыдущими поколениями, тем, что называется школой. Отсутствие мысли и драматургической логики режиссеры новой формации маскируют кто под арт-хаус, а кто под жанр, как это попытался сделать Рустам Ильясов, получивший за свою картину "Вакантна жизнь шеф-покара", где начало середина и финал практически никак не согласовываются друг с другом, приз "За лучший дебют". Что ж, если такие дебюты нынче признаются лучшими, боюсь, через пару десятков лет наше кино окончательно загнется. Ибо пока оно еще зиждется лишь на представителях "старой волны", таких, как Александр Анатольевич Прошкин, выступивший в конкурсной и внеконкурсных программах с простыми человеческими фильмами, где не возникает вопросов ни по актерской игре, ни по режиссуре, ни по фабуле, да и с технической стороной вопроса всё в порядке. Вспоминаются слова оператора Александра Носовского, который на одном из последних съездов СК в сердцах сказал: "Я за цензуру и ОТК". При всем желании быть демократичными и не притеснять творческих прав и свобод авторов, хочется пожелать им включить цензора в собственной голове, иначе зритель окончательно разуверится в способности российских кинематографистов производить кино, способное заинтересовать хоть кого-нибудь кроме его автора.


Политика В бундестаге объяснили опасность антироссийских санкций В бундестаге объяснили опасность антироссийских санкций

Антироссийские санкции являются бесполезными, а их сохранение вредит немецкому бизнесу и ведет к переориентации России на экономическое взаимодействие с Китаем.

В мире Американские военные готовят операцию в Персидском заливе Американские военные готовят операцию в Персидском заливе

США разрабатывают военную операцию под названием "Страж", призванную обезопасить морские пути на Ближнем Востоке, говорится в заявлении Центрального командования США.

Экономика S&P подтвердило инвестиционный рейтинг России S&P подтвердило инвестиционный рейтинг России

Международное рейтинговое агентство S&P Global Ratings (S&P) подтвердило рейтинг России на инвестиционном уровне "BBB-", прогноз стабильный, говорится в кратком обосновании агентства.


Общество Дело прокурора Павлова в поисках справедливости Дело прокурора Павлова в поисках справедливости

Самарский областной суд начал рассмотрение апелляционной жалобы на приговор экс-прокурору Безенчукского района Самарской области Андрею Павлову, которого суд первой инстанции приговорил к 4,5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. лома о высшем образовании.

Культура Где достать травматический пистолет? Где достать травматический пистолет?

Недавно я подслушала разговор двух подростков. Мальчишка постарше советовал второму купить травматический пистолет в любом киоске,( он сам так сделал), где не спрашивают, сколько тебе лет, были бы деньги.