6 сентября 2017, 13:13, Людмила Лебедь

Театр Маяковского открыл юбилейный сезон нестареющей классикой

Известный академический театр имени Маяковского не гонится за модой, будучи уверенным, что русская классика всегда нова. В ней всегда можно найти много такого, что откроет глаза зрителям на вечные проблемы жизни человеческого духа. А потому ставит на малой сцене малоизвестную пьесу Александра Островского и Петра Невежина "Блажь".

Театр Маяковского открыл юбилейный сезон нестареющей классикой

Эта комедия в трактовке Юрия Иоффе одновременно удивляет и вызывает смешанные чувства, связанные с бескорыстием и продажной любовью, имеющей место быть в потребительском обществе. Режиссер не стал грубо осовременивать классику, все оставил на своих мечтах: и эпоху, и быт, и костюмы, сделав главный акцент на безнравственной выгоде, губительной для человека и общества. Можно сколько угодно смеяться над барынькой, кинувшей к ногам молодого любовника свое состояние и честь, но можно  и сострадать ей, так как чувствами преступно играть и делать на этом деньги. Актриса Татьяна Аугшкап играет влюбленную вдову так, что одновременно ее и жалко, и хочется встряхнуть, открыть ей глаза на расчетливого поклонника.  

Юрий Иоффе вместе со сценографом Анастасией Глебовой  придумали "говорящий" художественный образ. В центре площадки, окруженной зрительскими креслами, установлен богато сервированной стол с закусками и вином, за которым не сидят гости, но это то, к чему большинство людей стремится, предавая свои идеалы и главный смысл бытия, только бы жить в достатке и не знать нужды. А под белой скатертью (время от времени ее приподнимает управляющий имением  Степан Баркалов, намекая на "запретный плод любви") сооружено что-то в виде сеновала, где сытые господа могут предаваться "зову плоти".  Не правда ли, остроумно и умно?

Конечно, актерам не просто существовать в камерном пространстве на расстоянии вытянутой руки от зрителей, но будучи мастерами своего дела, они уже через несколько минут включают публику в происходящее и делают ее своей союзницей.

Шулер и картежник Степан Баркалов в исполнении брутального Михаила Кремера, пользуясь своей мужской неотразимостью завлекает в свои сети всех женщин, в том числе уездную сваху Гурьевну ( характерная актриса Любовь Руденко), и, конечно, в естьрастратившую свой любовный запас и жаждущую  несказанных наслаждений. Ради этого она готова забыть долг матери, пустить двух дочерей по миру, только бы удовлетворить запросы молодого управляющего и быть паинькой. Прагматичный Баркалов вертит ею, как хочет, а та и обманываться рада, ведь он предстает в ее воображении отважным рыцарем.

У молодого артиста Михаила Кремера завидная энергетика, которой он с помощью режиссера управляется весьма умело и целеноправлено. Хорошо изучив женскую природу его герой уверен – любая женщина: от служанки до помещицы пойдет ради любви на любые жертвы и отдаст все.  И такую жертву он избирает в лице мечтательной Серафимы. Для дамы бальзаковского возраста, это последний шанс ощутить себя царицей мира. Страсть берет верх над разумом, в любовном пылу он отказывает. Она даже готова "продать" старшую дочь Ольгу (актриса Анастасия Мишина) за богача Лизгунова (артист Виктор Довженко), только бы получить с него деньги. В сватовстве напыщенного Лизгунова  есть что-то пошлое и отвратительное, и Серафима ощущает это, а потому мечется и сомневается, апеллируя к благородному воспитанию, но долги и страх потерять Баркалова заставляют ее пойти на попятную и преступить нравственный закон.

Приезжающая с проверкой тетушка – Прасковья Антоновна, похожая на воительницу с хлыстом и трубкой в зубах в исполнении Елены Мольченко, намерена в один миг скрутить присосавшегося упыря. Но оказывается сделать это непросто и угрозы тоже не помогают, поскольку за него горой стоит Серафима Давыдовна, он ее лотерейный билет на пути к счастью. Необходим хитрый план по устранению циничного Баркалова. Этот сценарий разрабатывает дальновидная Ольга и тетя подчиняется ей, предлагая нахрапистому "умнику" выгодную сделку: стать управляющим в ее имении за большие деньги. Конечно же он соглашается и никакие уговоры покинутой любовницы на него не действуют, так как выгодная сделка выше всякой там любви, из которой "шубу не сошьешь".

Последняя сцена объяснения бывших любовников поражает своим современным звучанием, где на карту ставятся деньги и только деньги, а недавно произнесенные клятвы в любви и верности превращаются в мишуру, отстой, блаж. И здесь, как мне кажется, не до смеха, хотя по жанру это и комедия.

Все новости Последние новости