2 апреля 2018, 10:16

ГСУ СК по Московской области забыло человека в СИЗО

В России, как известно, существует две реальности: одна парадно-официальная, которую регулярно показывают по телевидению, и другая – настоящая, неприглядная, про которую узнаешь, лишь непосредственно столкнувшись с той или иной проблемой.

ГСУ СК по Московской области забыло человека в СИЗО

В парадно-официальной России президент говорит о необходимости замены содержания под стражей домашним арестом для обвиняемых в экономических преступлениях. В России реальной люди могут годами сидеть в СИЗО без предъявления обвинения на том простом основании, что следователи или не успевают шить дела, или просто не хотят перенапрягаться.

В учреждениях уголовно-исправительной системы нашей страны содержится около 650 тысяч человек. Из них лишь около полумиллиона отбывает наказание непосредственно в колониях. Еще больше 100 тысяч человек – это люди, находящиеся в изоляторах временного содержания, само название которых предполагает, что попавший туда человек, находится там временно: либо на период следствия, либо на период суда, либо в ожидании этапирования. Но есть среди оказавшихся в СИЗО людей отдельная, весьма многочисленная категория "сидельцев", статус которых размыт, будущее не определено, а время нахождения в изоляторе временного содержания может исчисляться годами.

Такие сидельцы могут быть заложниками объективных обстоятельств: низкой производительности труда следователя, невозможности быстро знакомиться с материалами дела (у подсудимого в изоляторе временного содержания в лучшем случае есть на это 10 часов в неделю, а в реальности и того меньше). Между тем, томов в уголовном деле может быть и 100, и 200, и 300. А СИЗО – это далеко не санаторий, чтобы жить в нем годами.

Про таких сидельцев, "зависших" в СИЗО без предъявления обвинения, в конце концов, все забывают. А они себе сидят и сидят. Следователи со своей стороны никуда не спешат. Если не получилось предъявить обвинение быстро, значит дело неоднозначное, поторопишься – наделаешь ошибок, адвокаты уцепятся, судья еще оправдательный приговор вынесет, отписывайся потом… Вот и получается, что процентов 30 тех, кто сейчас находится в СИЗО, сидит там совсем зря, причем, сидит прочно и очень-очень долго (органы следствия в теории вообще способны обеспечить горемыкам неограниченно долгое сидение без предъявления обвинения).

Такое затяжное "сидение" используется органами следствия, в том числе и в качестве оказания психологического и физического давления на подсудимых. Зачем лишний раз напрягаться и что-то доказывать, когда можно упечь человека в СИЗО и просто ждать, когда он сломается и даст признательные показания, в том числе и в том, чего он никогда не совершал?

Разумеется, есть и те, кто стоит на своем до последнего. Рано или поздно они все-таки выходят на свободу после оправдательного приговора, но психологию-то никто не отменял... После 7 лет обоснованного или необоснованного сидения происходит необратимая деформация личности и даже если такого узника в итоге оправдывают, в общество он возвращается уже совсем другим человеком, изменившимся далеко не в лучшую сторону.

Скорее всего, Владимир Путин думал именно об этом, когда находясь в прошлом году на Дальнем Востоке, говорил о том, что необходимо прекратить беспричинное затягивание содержания в СИЗО лиц, обвиняемых в экономических преступлениях. Нет процессуальных действий с обвиняемым в течение месяца? Выпускайте под домашний арест! Вроде бы логично и правильно, но только в парадно-официальной России. В России настоящей люди как сидели в СИЗО, годами ожидая суда, так и сидят, и нет этому ни конца, ни края.

Ярчайший пример беспредела, творящегося в уголовно-исправительной системе нашей страны – история Арслана Муслимовича Абдуллаева, которого по ходатайству старшего следователя ГСУ СК по Московской области полковника Владимирова И.В. поместили в СИЗО еще 26 апреля 2016 года. Через несколько недель будет ровно два года, как отец-одиночка находится в СИЗО. За это время не прошло ознакомление даже с половиной томов уголовного дела (№88617). Предельные сроки содержания в изоляторе временного содержания без поступления дела в суд прошли еще полгода назад, а Арслан все равно сидит.

Спустя два года после задержания следователи, по словам адвоката подсудимого, успели изготовить не более 80 томов из обещанных 150. Фактическое ознакомление с ними началось лишь в феврале 2017 года, но через шесть месяцев прекратилось: чтобы обосновать запредельный срок содержания под стражей следствие через полтора года после задержания предъявило Абдуллаеву в дополнение к 159 статье УК РФ обвинение еще и по статье 210 УК РФ. После этого ознакомление с материалами дела началось заново. Не продолжилось, а именно началось заново, с самого первого тома.

С момента задержания в 2016 году следствие допрашивало Арслана четыре раза. Никаких других следственных действий по делу не проводится и, по словам адвоката Арслана Абдуллаева, не планируется проводиться. Не смотря на то, что в следственной группе числятся не меньше пяти следователей, в СИЗО к Арслану они приезжают не чаще одного раза в три недели и привозят с собой не больше 3 – 4 томов уголовного дела, причем, зачастую одних и тех же.

Прокуратура Московской области в порядке осуществления надзора за процессуальной деятельностью в органах СК РФ отметила, что при работе над делом №88617 следователи ГСУ СК по Московской области при выполнении требований ст.217 УПК РФ нарушили положения статьи 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства. В связи с чем руководителю ГСУ СК по Московской области генерал-лейтенанту юстиции Маркову Андрею Геннадьевичу внесено требование об устранении выявленных нарушений.

Что это изменило? По большому счету ничего. Следователи ГСУ СК по Московской области как ни в чем ни бывало вновь вышли в суд с ходатайством о продлении срока содержания Арслана под стражей, причем, вышли с явным нарушением пункта 8 статьи 109 УПК РФ, подав свое ходатайство не за 7 суток до окончания содержания подозреваемого под стражей, а за 6.

Да, на этот раз судья Московского областного суда Кудрявцева Е.К. в жесткой форме поинтересовалась у следствия, сколько еще времени может потребоваться для завершения ознакомления с материалами уголовного дела? Судью также попыталась получить ответ на вопрос о том, как можно было составить график ознакомления с томами, при котором при отсутствии какого бы то ни было противодействия со стороны подсудимого, за 2 года он не имел возможности ознакомиться со всеми материалами? В ответ прозвучали дежурные ссылки на процессуальную занятость, обещания удвоить численность следственной группы, интенсифицировать работу. В итоге срок заключения под стражей Арслану Абдуллаеву был в очередной раз продлен, правда, на этот раз не на 3 месяца как обычно, а на два – до 25 мая 2018 года включительно, но сути происходящего это ни в коем случае не меняет. Судьи, в том числе и судьи Московского областного суда, как прикрывали нарушения в работе следователей (в том числе и грубейшие), так и продолжают это делать, а учитывая их статус и официальное разрешение работать в соответствии с "внутренним убеждением", никто и ничто им не указ.

При сохранении существующего графика ознакомления с материалами дела Арслану либо придется читать по 20 томов за каждый приезд следователей, либо следователям нужно будет приезжать к Арслану гораздо чаще, чем один раз в три недели. И в первое, и во второе верится одинаково плохо, особенно учитывая наличие у защиты Арслана уверенности в том, что у следствия к настоящему времени готово немногим более 80 томов дела из 150. Таким образом, есть все основания полагать, что 20 – 21 мая следователи ГСУ СК по Московской области в очередной раз обратятся в Московский областной суд с ходатайством о продлении содержания под стражей Арслана Абдуллаева, которое с большой долей вероятности, пусть и после небольшой перепалки между судьей и следователем, вновь будет удовлетворено, а Арслан, тем временем, разменяет третий год жизни в СИЗО.

Все новости Последние новости