16 апреля 2018, 18:44

"Подкидыш" от мента

Квартальный план по раскрываемости в отделе полиции- благо или зло? На что идут стражи правопорядка ради выполнения нормативов. 

"Подкидыш" от мента

Борьба с наркотиками - святая обязанность полиции. Однако бюрократия бессердечна и из-за невыполнения квартального плана раскрываемости в отделе полиции, невиновный человек вполне может угодить за решетку. Сотрудники же полиции при этом превращаются из правоохранителей в преступников, которые для достижения нужного результата, способны на любую подлость, в том числе и в виде "подкидышей" (так в народе называют подброшенные наркотические вещества). В результате безвинный человек оказывается за решеткой, план благополучно выполняется, премия по итогам квартала приятно оттягивает карман. Очень похоже, что жительница Моздока Элона Мизяк оказалась жертвой именно этого "аттракциона".

Зачем ловить настоящих барыг, когда их можно "назначить"? Зачем звонить, закупать, выслеживать, когда можно обстряпать все, не выходя из кабинета? Элоне Александровне Мизяк по большому счету просто не повезло оказаться не в то время и не в том месте, что, тем не менее, обернулось для нее очень большими проблемами.

В июле прошлого года женщину пригласили в местный отдел полиции быть понятой. Однако по приезду из понятой она в мгновение ока превратилась в подозреваемую. По словам Элоны Мизяк, оперативный сотрудник Леван Михайлович Туаев без церемоний зашел ей за спину и засунул в левую чашечку бюстгальтера пакетик с неизвестным веществом. Тут же в кабинет вошли (не иначе как по условному сигналу) майор Козловская и двое понятых. Подброшенный пакетик изъяли. Результаты оперативно проведенной экспертизы показали, что в целлофане хранилось гашишное масло.

Элоне предъявили обвинение по ч.2 ст.228 УК РФ (незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконное приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их части, содержащие наркотические средства или психотропные вещества в крупном размере), наказание по которой составляет до 10 лет лишения свободы.

По словам самой Элоны, аттракцион с "подкидышем" стал логичным завершением многонедельного общения с Леваном Туаевым, который неоднократно просил ее "помочь" следствию, то выступив в роли провокатора, то соучастника служебного преступления (подробнее читайте здесь http://newtribuna.ru/news/2017/12/06/80509/). На этом фоне предложение выступить понятой не вызвало у Элоны подозрений, но согласие на поездку в отдел стало роковой ошибкой.

После составления протокола с женщиной особо не церемонились. Людям в погонах нужны были признательные показания, и они старались получить их любыми доступными им способами. Дело в том, что Элона Мизяк является инвалидом третьей группы по диагнозу клаустрофобия ("органическое расстройство личности травматического генеза со стойким выраженным астено-невротическим синдромом, фобическим синдромом, нарастающими когнитивными нарушениями"). Полицейские не могли не знать о заболевании женщины, тем не менее, на несколько дней бросили ее в камеру. К чести Элоны нужно сказать, что сломалась она только на третий день и подписала-таки бумаги о том, что пакетик действительно принадлежал ей.

В загородном доме Элоны Мизяк прошли обыски, в ходе которых полицейским, тем не менее, не удалось обнаружить ничего, что могло бы подтвердить показания Мизяк. А дальше начался суд, который длится уже больше года и в рамках которого Элона пытается доказать свою невиновность.

Важным шагом на пути к конечной цели было тестирование у эксперта – полиграфолога Олега Олеговича Саровского. Результаты исследования были однозначными: подозреваемая не хранила при себе "изъятое" наркотическое средство, не помещала сама себе в левую чашечку своего бюстгальтера гашишное масло и не держала в руках злосчастный пакетик.

Еще одним столпом позиции защиты стали показания специалиста в области судебно-медицинской экспертизы Михаила Панова, который под присягой в зале судебных заседаний показал, что Элона Мизяк, при наличии у нее клаустрофобии не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими в период инкриминируемого ей деяния, а само пребывание в душном и тесном помещении на протяжении 48 часов могло привести к манифестации страха. По словам специалиста, стремясь не допустить приступа в новом объеме, который имеет неуправляемый характер, психика пытается уйти от "нехорошей" ситуации, и дабы ее избежать, человек готов к самооговору или иным действия во вред себе, что и могло произойти при составлении акта личного досмотра и допроса в ИСВ ОМВД РФ по Мордовскому району.

Наличие заболевания у Элоны в зале судебных заседаний подтвердила и врач-психиатр Ирина Довтян. С ее слов, официально заболевание Элоны было зарегистрировано еще в 2011 году, а первые панические атаки появились в 1993 году. "Это не грипп, который пришел и ушел. На подсознательном уровне у человека все время присутствует страх. Страх ожидания чего-то нехорошего. И когда человек попадает в какие-то опасные жизненные ситуации, эти ситуации провоцируют развитие этого страха" - рассказала врач. Отсюда следует, что Элона вполне могла не отдавать отчет своим действиям, также как и руководить ими в период проведения в отношении нее доследственной проверки и возбуждения уголовного дела.

Показательно, что на это заседание оперативный сотрудник Леван Туаев, не явился, не иначе как по причине большой процессуальной занятости. Борьба за справедливость продолжается. Следующей значимой вехой в этом деле должен стать ответ на вопрос о том, были ли отпечатки пальцев Элоны на пакетике, который у нее изъяли или нет?

 

Темы: Новости
Все новости Последние новости