16 ноября 2018, 13:45

В спектакле "Швейк. Возвращение" Валерий Фокин заявил себя, как непримиримый пацифист.

 Эту постановку в Александринском театре во время Европейской театральной премии все ждали с нетерпением, ожидая от нее многое. Но вопреки сатирическому роману Ярослава Гашека "Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны, на спектакле Валерия Фокина, (по его мотивам), смеяться не хотелось, даже когда солдаты снимали трусы или бегали в кусты по большой нужды из-за протухшей гуманитарной помощи .    

В спектакле "Швейк. Возвращение" Валерий Фокин заявил себя, как непримиримый пацифист.

   Потому что любая война, какие бы патриотические лозунги не выдвигались, в своей основе антигуманна, она не только  физически уродует людей, но и психологически, в то время, как массовое сознание нацелено на подвиг любой ценой, с оторванными руками, ногами, а то и глупой головой.  Так вот Швейк, страдающий врожденным кретинизмом, с которого фактически списан Иван Чонкин, вопреки военной идеологии хочет выжить в имперской схватке и поэтому его практичный ум подсказывает разные абсурдные идеи, и как ни странно они срабатывают. Например, предлагает всему взводу переодеться в крестьянок и взорвать вражеский поезд, после чего генерал устраивает банкет на поле брани. Но и это не смешно, скорее  напоминает безумную вакханалию, пьяную оргию оболваненных солдат.

   Швейк в исполнении С. Балакшина мало чем отличается от своих однополчан, разве только детской наивностью и бесхитростностью. Он первый на призывной комиссии снимает по приказу главного врача штаны, потому что знает – спорить с начальством бесполезно. Вечно пьяный врачеватель с тупыми мозгами, каким его представляет в гротесковой манере артист И. Волков, считает всех симулянтами, в том числе сидящих в зале зрителей, а лучшим средством от любой болезни вставленную клизму. Но здесь тоже не хочется смеяться, потому что прикормленный врач, давший клятву Гиппократа, охотно отправляет на кровавую бойню здоровых парней, превращаясь во второй части спектакля в ангела с белыми крылышками, сортирующего смертников в преисподней: кому из них – в рай, а кому – в ад. Хотя все они по идее, как защитники отечества достойны райской жизни.

   А вот в этом моменте режиссер и заложил мину замедленного действия, связанную с акцией "Солдат удачи" и маменькой –гранатой, оплакивающей погибшего сына, поскольку речь идет о напрасных жертвах войны, и этот список будет продолжаться бесконечно, пока на киноэкранах транслируются документальные кадры военных парадов в разных странах мира.  

  Наивный Швейк в инсценировке современного драматурга Татьяны Рахмановой снисходит с небес, а в самом спектакле опускается с колосников в инвалидной коляске. Он ожил к 100 - летию окончания Первой мировой войны, где и был убит, обрастая разными смешными мифами, и теперь превратился в виртуальную знаковую фигуру, чтобы маршировать по площадям под звуки медных труб, взывающих к гражданскому долгу.

  На самом же деле режиссер Валерий Фокин совершил гражданский поступок, напомнив людям жестокие  уроки истории, из которой почему-то никто не делает разумные выводы и только все продолжают бряцать оружием.   

Любовь Лебедина. Санкт-Петербург – Москва.         

 

Темы: Культура
Все новости Последние новости