5 ноября 2019, 12:34

Преступление и покаяние в театре "У Никитских ворот".

Марк Розовский, насколько я знаю, давно замыслил  криминальную эпопею под названием "Убивец" по роману Федора Достоевского "Преступление и наказание". Только ему не хотелось ограничивать себя рамками достоверной драмы. Хотелось выйти на площадь, чтобы Роман Раскольников встал на колени и покаялся в убийстве, совершенном не ради наживы, а чтобы доказать -  он не тварь дрожащая и поэтому ему все позволено. 

Преступление и покаяние  в театре "У Никитских ворот".

 В итоге получилось площадное действо в брехтовской стилистике с зонгами Юрия Ряшенцева в исполнении Шарманщика, актера Сарайкина, олицетворяющего вечно скулящую, истерзанную бедностью Россию, уповающую только на Бога. Ведь надеяться больше не на кого. Розовский впервые смог доказать, что бесконечные страдания делают людей жестокими и беспощадными. Взять хотя бы эпизод с загнанной лошадью, издыхающей на площади. Толпа торжествует, ликует, наблюдая предсмертные судороги  бедного животного, потому что сила всегда берет верх над поверженным. На сострадание униженным и незаслуженно оскорбленным тоже не приходится уповать. Им остается одно: нести свой крест и веровать… в счастливый случай. Поэтому бунт студента Раскольникова, (фамилия которого происходит от слова "раскол"), вынашивающего план мести собственной покорности через преступление черты дозволенного вполне закономерен среди нищих духом, опустившихся на самое дно. 

 Стайки проституток в ажурных черных чулках, с  раскрашенными личиками, готовых отдаться любому прохожему за скудное вознаграждение, обходят стороной непонятного и замкнутого Раскольникова, а Мармеладов, (артист Владимир Пискунов),в трактире, опустошая штоф водки, гордится собственной подлостью, пропивая последние целковые, предназначенные на тарелку супа  голодным детям. 

  Режиссер буквально выхватывает из романа те эпизоды, в которых человеческая подлость просеивается через сито безысходности и все-таки остается подлостью. 

 Так отец Сони Мармеладов и ее мачеха пользуются бескорыстной девушкой, из жалости к детям больной Катерины Ивановны, продающей свое молодое тело. Режиссер не утруждает себя объяснениями, как это происходило. Просто дает маленький эпизод соблазнения Сони Свидригайловым (артист Денис Юченков), угощающего ее вином, поэтому бедная девочка не понимает, что с ней происходит… Ну, а дальше жизнь в Доме терпимости  становится привычной и вряд ли ухоженная Соня в исполнении Николины Калиберды пойдет на каторгу за Раскольниковым в своем роскошном черном платье. Поскольку человек слаб телом, как поется в одном из зонгов Ряшенцева, и удовлетворять насущные потребности намного проще, чем идти на голгофу. 

  Родион Раскольников в креативном исполнении Сергея Рожнова, на котором сходятся все судьбы и завязываются тугие узлы неразрешенности не может смириться с унижением человеческого достоинства. С одной стороны, он не позволяет сестре (актриса Кристина Айвазовская) выйти замуж за практичного и циничного Лужина, которого довольно интересно играет Станислав Федорчук. Жертвенность Дуни гордому брату, задумавшему эксперимент над союой,  не по душе. Это с одной стороны, а с другой - совершая преступление из идейных соображений, "сверхчеловек" оказывается убивцем самого себя. Поднимаясь по лестнице вверх в пустую квартиру убитой топором старухи-процентщицы, он оказывается у звенящего колокола, возвещающего о гибели человеческой души. 

 Художественный образ бесконечных лестниц сценографа Степана Зограбяна – прием не новый в постановках "Преступления и наказания", есть он и в спектакле Юрия Еремина в театре Моссовета, но тут сценическое пространство, напоминающее огромную железную клетку из лестниц, образует судьбоносное пересечение  линий разных характеров, точнее их неминуемое столкновение с главным героем, покусившемся на христианские ценности, а значит и пошедшего против Всевышнего. . 

 Мужик в красной рубахе, два инкогнито в масках, хватающие под белые руки интеллигентного преступника, за которым постоянно следят – это разные знаки времени, обозначающие хаос и  вседозволенность, как в старой, так и в новой России. Поэтому Порфирий Петрович, не иначе, как "добренький" следователь ОГПУ в карнавальном варианте, прекрасно сыгранным Юрием Голубцовым, держащим жертву на коротком поводке удушающего обаяния. Таким образом, "Бесы" Достовского так или иначе проникают в площадное представление Марка Розовского, а музыка Эдуарда Артемьева создает атмосферу трагического балагана на площади. 

 Неудивительно, что на премьере спектакля "Убивец" зал был переполнен, и публика после окончания представления долго вызывала артистов и режиссера, на "Бис", ведь где еще можно увидеть, чтобы Достоевский так прозвучал современно с болью за человека, потерявшего смысл жизни и возомнившего себя выше Бога.

Автор статьи: Любовь Лебедина.     

фотографии предоставлены театром "У Никитских ворот".

Все новости Последние новости