25 февраля 2020, 11:15

Берлинале: страшные сказки

Первая половина берлинского фестиваля (20 февраля-1 марта) продемонстрировала, что новое руководство Берлинале (Карло Шатриан и Мариетта Риссенбек) всерьез взялось за дело и решило как можно дальше дистанцироваться от своего предшественника Дитера Косслика, которого постоянно упрекали в реверансах в сторону мейнстрима и стремлении развлекать публику. Новая команда решила: нечего развлекаться, раз вы сюда пришли-приехали, сидите и мучайтесь. Фестиваль – дело серьезное. А хороший фильм не для приятности делается.

Берлинале: страшные сказки

Вот, скажем, известная итальянская сказка "Приключения Пиноккио. История деревянной куклы" (которую писатель Алексей Толстой когда-то преобразовал в "Золотой ключик, или Приключения Буратино"). У Маттео Гарроне (фильм "Пиноккио" был включен в секцию Berlinale Special) лица персонажей, загримированных под дерево, в первую очередь, самого Пиноккио, как-то уж очень корявы, грубы.  И – такова эстетика фильма, таков авторский замысел – все эти корявости, неровности, зазубрины типа оспин на лицах детей нам демонстрируют с каким-то странным удовольствием на сверхкрупных планах, а это ничего иного, кроме отвращения, вызвать не может. Не слишком много симпатии вызывают и "живые" персонажи фильма: женщина-улитка с непомерно разросшимся тазом, два неопрятных старика – ужасно неприятных кота (хотя один из них претендует на то, чтобы быть лисой, то есть, это пара типа лиса Алиса и кот Базилио), противный говорящий тунец… Я уж не говорю о таких "милых" деталях, как сгоревшие ножки-обрубки Пиноккио… В общем, не завидую будущим зрителям и особенно зрителям-детям.

Или история талантливого художника-примитивиста Антонио Лигабуэ ("Спрятавшийся"). Речь идет об искусстве, казалось бы, здесь можно, наконец, глазу отдохнуть. Как бы не так. По воле итальянского режиссера Джорджо Диритти экран заполняют на 99 процентов сверхкрупные планы сумасшедшего художника с отвратительным характером и с внешностью Квазимодо. Авторский замысел Диритти странным образом совпадает с замыслом Гарроне: вызвать физическую неприязнь к главному герою (обаятельному Элио Джермано здесь, к сожалению, особенно и делать нечего – разве что мычать и пускать слюни).

Конкурсный бразильский фильм уже одним своим названием вызывает "необычайный энтузиазм" – "Все мертвецы". Это очень длинная, тягучая и унылая история о том, как отменили рабство и все – и рабы, и рабовладельцы оказались в какой-то неопределенности и растерянности. Иногда (чернокожие) поют что-то из африканского фольклора. Иногда (белые) играют (плохо) на рояле. Похоже, что и режиссеры фильма Марко Дутра и Каэтано Готардо тоже зависли в неопределенности, продолжавшейся ровно два часа, которые многие зрители использовали для сна. Сами же авторы, похоже, очень веселились, один из них на премьере появился в женском платье, что очень порадовало публику.

Некоторое оживление на конкурсный экран принесли сказка о русалочке и… корова.   

Глава так называемой Берлинской школы Кристиан Петцольд вспомнил о своем славном прошлом и сделал версию сказки о русалочке под названием "Ундина", где главная героиня по имени Ундина работает гидом по Берлину и показывает нам много городских достопримечательностей. Ну, а кроме того, в соответствии с мифологией, на фоне довольно назойливо звучащей грустной мелодии Баха, приносит она с собой любовь, погибель… и очень много воды.

"Первая корова" американки Келли Райкард – история мужской дружбы (негейской!, что сегодня уже является большой редкостью), ироничная, трогательная, смешная, обращающая нас к эпохе освоения Дикого Запада.      

Удалось немного передохнуть и на французской комедии "Удали историю", реж. Бенуа Делепин и Гюстав Керверн (как она вообще попала в этот мрачный, тяжелый набор?), непритязательной, не отягощенной разоблачениями всех и вся, легкой и смешной, о том, как мы все попали в сеть Сети.

Но не тут-то было. Абель Феррара в "Сибири" грузит нас опять кошмарами и мраком, которые кроются в глубинах сознания и подсознания одинокого жителя тундры (Виллем Дефо): волки воют, беременным вскрывают животы, режут, насилуют, убивают – и все это на фоне прекрасных снежных и летних пейзажей и философии Юнга.

Но публика – вот ведь где они, истинные синефилы – все равно рвется на все сеансы, часами простаивая в очередях.  И смотрит, затаив дыхание на страшные сказки.

И не только почтенные меломаны, но и молодежь заполняет все ярусы Оперного театра на "Кавалере роз" Рихарда Штрауса, опере, длящейся более четырех часов. При довольно слабой постановке нельзя не восхититься составом исполнителей и оркестром под руководством самого Зубина Мехты, которому зал аплодировал стоя.

Автор статьи: Евгения ТИРДАТОВА

 

Все новости Последние новости